"Крылья Родины"


Грозное небо над Чечней

О первой чеченской войне

Вячеслав Кондратьев


Аэродром Грозный-Северный

Прошло уже больше года с начала трагических чеченских событий. Но к сожалению, за все это время так и не появилось достаточно полного, а главное - взвешенного и объективного рассказа о действиях российской военной авиации в чеченском конфликте. Вместо этого средства массовой информации, как российские, так и иностранные, нередко муссируют всякого рода слухи, домыслы, а то и прямую ложь.

Примерам, как говорится, несть числа. Вероятно, любому из вас приходилось читать, что русские самолеты без разбора бомбят жилые кварталы, школы и больницы в мирных чеченских городах и селах. В конце февраля 1995 года, когда Грозный уже фактически был взят федеральными войсками, одна популярная московская радиостанция сообщила, что стратегические бомбардировщики Ту-160 по ночам сбрасывают на город десятитонные бомбы! (Хорошо еще, что не атомные).


Су-25

Не отстают и зарубежные «акулы пера». Некий Йозеф Новотный в чешском журнале «Letectvi + kosmonautika» ярко описал мифические воздушные бои между чеченскими «Альбатросами» и российскими Су-24, а также лихие штурмовые удары дудаевских ВВС по федеральным частям. Вообще статья Новотного по-своему уникальна, ибо в ней переврано буквально все, начиная от хронологий событий и кончая географическими названиями (вместо Гудермеса «Гуседесс» и т. д.). Досадно, что солидный авиационный журнал в погоне за сенсацией напечатал подобную чепуху.

А совсем недавно украинский журнал "Авиация и время" также решил "порадовать" своих читателей опусом на тему чеченского конфликта. В статье "Российская авиация в чеченской войне", путем ставшего уже традиционным искажения фактов и ложных цифр, российские ВВС в слегка завуалированной форме обвиняются в прикрытии чьих-то финансовых махинаций, трусости и бессмысленной жестокости. Статья подписана двумя московскими авторами, и этим создается видимость объективности. Что ж, наших коллег из Киева можно поздравить. Они очень тонко реагируют на политическую конъюнктуру своего нынешнего правительства.

Но что же на самом деле происходило в чеченском небе с декабря 1994-го по июнь 1995 года? С каким противником воевала российская авиация и каковы были ее действия? Для ответа на эти вопросы необходимо вернуться в 1992 год, когда поспешно выводимая из Чечни под нажимом политиков российская армия оставила режиму Дудаева огромное количество военной техники. Разбираться в причинах этого вопиющего факта и искать конкретных виновных - дело соответствующих органов. Нам же остается отметить, что на авиабазе Калиновская в руки дудаевцев попало 80 учебно-боевых самолетов Л-29 «Дельфин» и 39 более современных Л-39 «Альбатрос», 3 истребителя МиГ-17, 2 МиГ-15 УТИ, 6 Ан-2 и 2 вертолета Ми-8. На аэродроме Ханкала чеченцам досталось 69 Л-29 и 72 Л-39. Таким образом, по количественному составу ВВС «Республики Ичкерия» (265 самолетов, не считая Ан-2, и 2 вертолета) изначально превосходили воздушные силы многих европейских государств, таких например, как Австрия, Финляндия или Португалия. Все «Дельфины» и «Альбатросы» были оборудованы универсальными держателями для подвески двух блоков НАР УБ-16 или до 250 кг бомбовой нагрузки.


НАР С8 - основное авиационное оружие чеченской войны.

Авиация базировалась на аэродромах Ханкала, Калиновская и Грозный-Северный. Кроме того, в 1994 году велась активная подготовка к использованию участков шоссе с твердым покрытием в качестве взлетных полос. Зенитное прикрытие чеченских авиабаз осуществляли 8-10 ЗСУ «Шилка», установки ЗУ-23 и пулеметы ДШК, приспособленные для стрельбы по воздушным целям.

Разумеется, картина будет неполной без анализа технического состояния и кадрового состава чеченских ВВС. Между тем, этот вопрос является одним из наиболее сложных и слабоосвещенных. По данным федеральной разведки к ноябрю 1994 года из двух с половиной сотен чеченских самолетов не более 40%, то есть порядка 100 машин, находились в боеспособном состоянии. Остальные были либо неисправны, либо вообще разукомплектованы.

Еще хуже обстояли дела с летным составом. В печати встречались сведения о том, что к началу конфликта в Чечне имелось несколько десятков подготовленных летчиков. Командующий ПВО Сухопутных войск на коллегии Министерства обороны назвал даже конкретную цифру -«41». Между тем известно, что с момента объявления независимости в Чечне практически не велось боевой подготовки летчиков на реактивных машинах. Из группы курсантов, направленных для обучения летному делу в Турцию (по разным данным от 40 до 100 человек) к началу конфликта никто еще в Чечню не вернулся. Таким образом, большинство чеченских летчиков являлись, по всей видимости, либо призванными из запаса военными пенсионерами, либо пилотами гражданской авиации и лицами, прошедшими лишь начальную летную подготовку. Такой контингент годился в лучшем случае на роль «камикадзе».


Высокоточное оружие - ракеты Х-25МЛ с лазерным наведением на авиабазе Моздок.

Но, кроме них, в Грозном находилась группа опытных пилотов-наемников (официально они назывались «инструкторами») из восьми (по другим данным-десяти) бывших офицеров Советской армии, съехавшихся в Чечню из различных стран СНГ. Именно они 6 сентября 1994 года на военном параде в честь дня независимости «Республики Ичкерия» в четком строю провели над центром Грозного эскадрилью «Альбатросов», на которых специально для этого случая нарисовали поверх красных звезд зеленые круги с чеченским гербовым волком посередине.

После того, как 26 ноября полным провалом завершился штурм Грозного отрядами чеченской антидудаевской оппозиции, стало окончательно ясно, что единственной силой, способной покончить с сепаратизмом на Северном Кавказе, являются российские федеральные войска. Буквально на следующий день в обстановке строжайшей секретности началась подготовка к военной операции по ликвидации незаконных вооруженных формирований и наведению конституционного порядка в Чечне.


Вертолет Ми-24, сбитый 25 января 1995г. Работа поисковиков-спасателей.

К вечеру 29 ноября на нескольких базовых и оперативных аэродромах Северо-Кавказского военного округа (СкВО) была сосредоточена группировка ВВС численностью до 140 боевых самолетов (штурмовики Су-25, истребители-бомбардировщики Су-22М и фронтовые бомбардировщики Су-24). Ее основу составили подразделения 4-й воздушной армии, позднее усиленные частями разведывательной, бомбардировочной и дальней авиации из других регионов России. Одновременно силами авиации Сухопутных войск СкВО на аэродромах Моздок, Беслан и Кизляр создана группировка армейской авиации в составе 55 вертолетов (25 Ми-24, 28 Ми-8 и 2 Ми-6). Самолеты военно-транспортной авиации (ВТА), численностью до 30 машин (Ан-12, Ан-22, Ан-26, Ан-124 «Руслан» и Ил-76), начали переброску на авиабазы Моздок и Беслан личного состава и боевой техники федеральных сил. Кроме того, в регион конфликта было направлено авиационное соединение внутренних войск МВД (12 вертолетов Ми-8МТ).

Первыми в дело вступили самолеты-разведчики Су-24МР, произведя в конце ноября воздушную разведку и аэрофотосъемку чеченских авиабаз и других военных объектов. Разведданные красноречиво свидетельствовали, что дудаевцы активно готовятся к военным действиям. Срочно возводились блокпосты и укрепрайоны, занимала боевые позиции бронетехника, на аэродромы подвозили горючее и авиационные боеприпасы. К 30 ноября по крайней мере одна эскадрилья «Альбатросов» (12 машин) была приведена в состояние полной боеготовности. Счет времени пошел на часы.

Поскольку именно чеченская авиация представляла наибольшую угрозу как для предстоящих действий сухопутных войск, так и для мирного населения российских городов, было принято решение немедленно нанести серию мощных превентивных ударов по аэродромам с целью уничтожить на земле воздушную группировку Дудаева.

Утром 1 декабря штурмовики Су-25 атаковали с применением НУРСов и фугасных бомб аэродромы Калиновская и Ханкала. В результате были уничтожены все находившиеся там самолеты «Дельфин», «Альбатрос», МиГ-17 и МиГ-15УТИ, ни один из которых так и не успел подняться в воздух (правда, как уже говорилось, многие из этих машин были небоеспособны). Благодаря эффекту внезапности чеченская ПВО оказалась застигнута врасплох и, вопреки утверждениям дудаевцев, ни один из атакующих не был сбит. Во второй половине дня атаке подвергся аэропорт Грозный-Северный. Здесь российские бомбы накрыли около десятка Ан-26 Ту-134, в том числе и личный самолет Дудаева, 3 Ми-8 и 1 Ту-154. При этом штурмовики «отработали» настолько чисто, что практически не пострадали взлетные полосы, а здания аэровокзального комплекса и аэродромное оборудование получили минимальные повреждения (гораздо сильнее им «досталось» в январских боях за Грозный). Снова обошлось без потерь среди атакующих, хотя с земли по ним велся ожесточенный зенитный огонь.


Санитарный вертолет Ми-8 МЧС России.

Так бесславно закончили свое существование Военно-Воздушные Силы непризнанной Чеченской республики. Единственной потерей, нанесенной ими федеральным войскам, стал солдат внутренних войск, который уже в феврале 1995 года, после захвата российской армией аэродрома Калинов-ская что-то отвинчивал в кабине разбитого «Альбатроса» и случайно дернул за рукоятку катапульты...

Узнав о гибели своей авиации, Джохар Дудаев, явно играя на публику, направил Главкому ВВС П. С. Дейнекину телеграмму следующего содержания: «Поздравляю с завоеванием превосходства в воздухе, но встретимся мы на земле. Генерал Дудаев». Кстати, если такая встреча когда-нибудь состоится, она будет далеко не первой для бывших сослуживцев по Советской армии, а нане - заклятых врагов.

В первых числах декабря удары с воздуха были также нанесены по укрепрайону «Катаяма» в северо-западном пригороде Грозного и базе Шалинского танкового полка.

11 декабря в 7.00 федеральные войска, выполняя указ президента, тремя колоннами с севера, востока и запада пересекли границу Чечни. С этого момента основной задачей российской военной авиации стало прикрытие и огневая поддержка наземных сил, подавление очагов сопротивления незаконных вооруженных формирований (МВФ) и нанесение ударов по тыловым военным объектам противника.


Вертолеты Ми-24 армейской авиации в аэропорту Грозный-Северный.

С первых же дней наступления наши войска столкнулись с хорошо организованным упорным сопротивлением. Укрепленные позиции дудаевцев, как правило, были насыщены средствами ПВО, в результате чего уже 12 декабря получили боевые повреждения 4 вертолета Ми-24. Среди зенитных средств дудаевской армии преобладали мобильные установки ЗУ-23 на шасси «КамАЗов» и пулеметы ДШК на джипах «Чероки», вездеходах «Тойота» и УАЗ-469. Первых к началу боевых действий насчитывалось около 40, вторых - более 80. Кроме того, МВФ располагали двадцатью ЗСУ «Шилка». Из них по крайней мере несколько имело радиолокационное наведение, о чем свидетельствовал прицельный огонь этих установок в сложных метеоусловиях и вне визуального контакта.

Немалую опасность представляли переносные зенитно-ракетные комплексы «Стрела-3», «Игла-1» и «Стингер». И хотя у дудаевцев их было, по-видимому, немного , неоднократные пуски таких ракет отмечали российские летчики в ходе боевых вылетов. Однако, благодаря отстрелу ИК-ловушек и неподготовленности боевиков к применению столь сложного оружия, ни одного попадания не зафиксировано. В гораздо больших масштабах применялись против низколетящих самолетов и вертолетов обычные ручные противотанковые гранатометы РПГ-5 и РПГ-7. Во время декабрьских боев на подступах к Грозному кумулятивная граната из такого гранатомета прожгла корпус одного из Ми-24 в районе главного редуктора. Несмотря на это, летчику удалось в течение 40 минут пилотировать тяжело поврежденную машину и привести ее на свой аэродром.

Но возвращались не все. Первый российский экипаж погиб 14 декабря. В районе Нового Шароя вертолет Ми-8, летевший с грузом продуктов и медикаментов, был подбит пулеметным огнем. Пилоту удалось приземлить поврежденную машину на территории, контролируемой боевиками Дудаева, но сразу после посадки чеченцы убили командира экипажа подполковника Н. А. Лескова и правого пилота капитана О. Ю. Шаплыгина. Тяжелораненый борттехник старший лейтенант В. А. Девятков вскоре умер в плену. А через несколько дней выстрелом из РПГ был сбит Ми-8МТ внутренних войск, перевозивший раненых бойцов федеральной армии. Все находившиеся на его борту погибли.

Немалую сложность в работу российской авиации вносили метеоусловия. За весь декабрь было всего два дня с ясной солнечной погодой. Это существенно затрудняло применение высокоточного оружия с телевизионным и лазерным наведением. Поэтому, по словам П. С. Дейнекина, ВВС были вынуждены ввести в бой фронтовые бомбардировщики Су-24М. Действуя днем и ночью, они наносили бомбовые удары вне видимости земли, по радиолокационным ориентирам.

В частности, с 21 по 24 декабря бомбардировкам подверглись военные городки и укрепрайоны в окрестностях Грозного, танкоремонтные цеха завода «Красный молот», позиции дудаевцев вокруг президентского дворца и антенна телецентра, через которую осуществлялась связь и координация действий НВФ по всей республике. 22 декабря четверка Су-24 накрыла бомбами ФАБ-500 подтягивающиеся к Грозному отряды боевиков Дудаева на шоссе Старая Сунжа - Беркат-Юрт к северо-востоку от чеченской столицы. Бомбили также мосты через реку Сунжа.

21 декабря российская ПВО после почти трехлетнего перерыва восстановила полный контроль над воздушным пространством Чечни. С этого дня самолеты ДРЛО А-50, постоянно находящиеся в воздухе, создали в зоне конфликта и на прилегающих к ней территориях сплошное радиолокационное поле. Кроме того, от 2 до 6 перехватчиков МиГ-31 и Су-27 непрерывно осуществляют над Чечней боевое патрулирование с целью не допустить доставки боевикам из-за границы по воздуху оружия и подкреплений. Благодаря этому за все время боев не существовало никакого «воздушного моста» между дудаевцами и зарубежьем.


Аэродром Ханкала

С 24 декабря, чтобы «успокоить общественное мнение», бомбардировки Грозного были прекращены, но удары с воздуха по военным объектам за пределами города продолжались. В этот период для изоляции района боевых действий началось применение бомбардировщиков дальней авиации Ту-22-М3. Они бомбили преимущественно места скопления и пути выдвижения боевиков в районах Аргуна, Гудермеса и Шали.

29 декабря погода заметно улучшилась, однако из-за действующего запрета президента на бомбардировки Грозного «новогодний» штурм города состоялся фактически без поддержки с воздуха. Это стало одной из причин неоправданно высоких потерь среди наступавших. Только с 3 января штурмовики Су-25 и бомбардировщики Су-24 стали вновь применяться в ограниченных масштабах по вызовам наземных войск для подавления очагов сопротивления и блокирования путей подхода подкреплений дудаевцев.

В условиях уличных боев и чрезвычайно извилистой линии фронта, когда дистанция между российскими и чеченскими отрядами порой сокращалась до гранатного броска, от летчиков и авианаводчиков требовалась ювелирная четкость в работе. К сожалению, по рассказам десантников и пехотинцев, участников штурма Грозного, было отмечено несколько случаев, когда из-за ошибок в целеуказании авиабомбы и НУРСы поражали здания, уже захваченные российскими войсками. Но даже при этих, по большому счету неизбежных, трагических инцидентах ВВС внесли немалый вклад во взятие города.

В начале января Су-24 разрушили корректируемыми бомбами с лазерным наведением КАБ-1500Л два шоссейных моста через реку Аргун к востоку от Грозного, по которым осуществлялась переброска резервов противника в зону боевых действий. Данные фотоконтроля подтвердили стопроцентную эффективность этих боеприпасов. При минимально допустимых погодных условиях высокоточное оружие применялось по малоразмерным целям (огневые точки, бронетехника) и в самом городе. Для освещения зоны боев в темное время суток Ту-22-М3 регулярно сбрасывали на Грозный светящиеся бомбы. Это в какой-то мере снижало ночную активность мелких диверсионных групп дудаевцев, действовавших в ближних тылах российских войск.

Наиболее ярким успехом российской авиации в этот период стали сокрушительные бомбоштурмовые удары по дворцу Дудаева - сердцу обороны города. До вступления в Грозный федеральных войск непосредственно по дворцу авиация не «работала». Видимо, его хотели захватить нетронутым. Однако, когда стало ясно, что взять столицу Чечни с ходу не удалось, и наступавшим приходилось буквально «вгрызаться» в город, штурмуя дом за домом, необходимость уничтожения главного штаба НВФ стала очевидной.

Президентский дворец (бывшее здание грозненского обкома КПСС) построен крепко и основательно. В соответствии с высокой сейсмичностью Кавказского региона, в него были заложены повышенные нормы прочности. Поэтому артиллерийско-минометный обстрел здания, в котором засело более 500 боевиков, не дал желаемого эффекта. Тогда было принято решение о нанесении авиаударов с применением бетонобойных бомб БЕТАБ-500 и тяжелых НАР С-24. 17-18 января, кактолько позволила погода, штурмовики Су-25 блестяще справились с задачей. Одна ракета снесла угол дворца, другая - разрушила целую секцию здания от крыши до земли. Бомбы, пробив перекрытия отдельно стоящего корпуса конференц-зала и толстые железобетонные своды, поразили размещенный под ним бункер Дудаева (сам генерал к тому времени находился уже за пределами города) и подземный переход, связывающий его с дворцом.

Точное число потерь противником не сообщалось, но известно, что только в подземельях погибло не менее 130 боевиков. Однако гораздо важнее был психологический эффект от налета. Данные радиоперехвата свидетельствуют, что среди уцелевших защитников дворца началась паника, и вскоре они без боя покинули здание, оставив лишь несколько снайперов-смертников.

С этого момента в боях за город наступил перелом. 19 января разведбат 20-й гвардейской Волгоградской дивизии захватил президентский дворец, уничтожив оставшихся там снайперов. Это послужило для дудаевцев сигналом к отходу из центра города за реку Сунжа. Сопротивление продолжалось в так называемом «тыловом районе обороны» (юг и юго-восток Грозного), а также в укрепрайонах «Катаяма» и «Черноречье». Но боевой дух боевиков был уже надломлен. После ряда артиллерийских и авиаударов по местам скопления НВФ в районе площади Минутка дудаевцы начали общий отвод сил из города. Чтобы воспрепятствовать этому, фронтовая и армейская авиация взяли под контроль шоссе, по которым из Грозного пытались прорваться чеченские автоколонны. В ходе операции по блокированию дорог было уничтожено 2 БТР и свыше 50 грузовиков и автобусов с боевиками.

Как только наземные силы захватили аэропорт Грозный-Северный, на него перебазировалась часть вертолетов сухопутных войск. А уже 18 января здесь приземлился первый военно-транспортный самолет. С начала февраля аэродром заработал в полном объеме.

Боевые действия шли не только в Грозном. 25 января 18 штурмовиков Су-25 разбомбили подземные склады боеприпасов и военного имущества, размещенные дудаевцами в четырех шахтах бывших позиций межконтинентальных баллистических ракет РВСН к северо-западу от Бамута. Еще один крупный склад боеприпасов был уничтожен «Су-двадцать пятыми» на северной окраине села Аршты. В поселке Шали штурмовики атаковали скопления живой силы и бронетехники.

Для вертолетчиков армейской авиации 25 января стало самым черным днем за всю чеченскую эпопею. В тот день не вернулись из боя сразу два вертолета Ми-24. Оба экипажа погибли.

Самолетам федеральных ВВС более двух месяцев удавалось избегать потерь. 12 штурмовиков были повреждены зенитным огнем, но все они вернулись на свои аэродромы. Один прилетел с разбитым стабилизатором, другой дотянул на одном двигателе. Остальные получили пробоины от пуль и снарядов. Первый экипаж погиб 3 февраля. Бомбардировщик Су-24, летевший на малой высоте в густом тумане, при невыясненных пока обстоятельствах врезался в гору к юго-востоку от станицы Червленная. Возможно, причиной катастрофы стал отказ бортовой навигационной системы. На следующий день во время атаки на мощный опорный пункт в двух километрах южнее Чечен-Аула очередью из ЗСУ «Шилка» был сбит Су-25. Летчик майор Николай Баиров успел катапультироваться, но дальнейшая судьба его неизвестна. Информация о том, что он находится в плену у дудаевцев, оказалась ложной. Скорее всего, боевики убили пилота сразу после приземления.


СХЕМА ПЕРВОГО ЭТАПА ЧЕЧЕНСКОГО КОНФЛИКТА

6 февраля федеральные войска, почти не встречая отпора, форсировали Сунжу и вскоре очистили от боевиков «тыловой район обороны». В боях за последние очаги сопротивления в Грозном -УР «Черноречье» и «Катая-ма» авиация принимала активное участие. Укрепрайон «Черноречье» имел сильное зенитное прикрытие. Чтобы избежать потерь, вертолетчики Сухопутных войск впервые применили не предусмотренную ни в каких инструкциях тактику запуска НАР С-24 с кабрирования. Дальность полета ракеты увеличивалась таким образом до 6-7 километров, и экипажи могли вести огонь, не входя в зону поражения средствами ПВО дудаевцев. Конечно, при этом снизилась точность попадания, но при «работе» по площадным целям параметры разброса боеприпасов были вполне удовлетворительны. В дальнейшем такая тактика использовалась и на других участках фронта.

Нередко фронтовая и армейская авиация выполняли совместные задачи. К примеру, 10 февраля 11 Ми-24 и шестерка Су-25 нанесли серию ударов по укреплениям боевиков в Черноречье. Армейские «вертушки» действовали не только по вызовам наземных войск или по заранее намеченным целям, но и летали на «свободную охоту». Подобные рейды были связаны с особым риском, так как «охотиться» приходилось обычно над вражеской территорией. Так в районе Гудермеса звено Ми-24 совершило три вылета на самостоятельный поиск и уничтожение целей. Первые два прошли удачно: вертолетчики уничтожили БТР, самоходную зенитную установку и склад боеприпасов. Но когда они в третий раз появились в этом квадрате, боевики успели подготовиться к встрече. Вертолеты попали под сосредоточенный огонь ЗУ-23, крупнокалиберных пулеметов и стрелкового оружия. В результате все три машины получили серьезные повреждения, а одной из них пришлось идти на вынужденную, едва дотянув до российских позиций. Впоследствии она была списана, как не подлежащая ремонту. К счастью, экипажи не пострадали.

К началу марта российская армия полностью освободила от боевиков Грозный и его окрестности, после чего наступило временное затишье. Появилась возможность подвести некоторые итоги. С 1 декабря 1994-го по 17 марта 1995 года российские ВВС уничтожили в Чечне 265 учебно-боевых самолетов, 3 вертолета, 20 танков, 25 бронетранспортеров, 6 самоходных зенитных установок, до 10 артиллерийских орудий и более 130 военных автомобилей. Разрушено 7 мостов, несколько складов ГСМ и боеприпасов, другие военные объекты. За этот же период потеряно два и повреждено зенитным огнем 14 самолетов. Все поврежденные машины вновь введены в строй.

По авиации Сухопутных войск есть данные только о количестве целей, уничтоженных за весь период активных боевых действий (до середины июня). Они будут приведены во второй части статьи. Безвозвратные потери армейских вертолетчиков за первые три месяца составили 5 машин (2 Ми-8 и 3 Ми-24) и 9 членов экипажей. Окончание следует

В цвете

Штурмовик Су-25. Аэродром Моздок, декабрь 1994 г. На киле изображен российский флаг с двуглавым орлом.
20Кб
Вертолет Ми-24 авиации Сухопутных войск. Аэродром Грозный-Северный, январь 1995 г.
22Кб
Вертолет Ми-8МТ Внутренних войск. Март 1995 г. Отличительные признаки вертолетов ВВ в Чечне - отсутствие бортовых номеров и белая полоса вокруг хвостовой балки.
23Кб
Транспортный вертолет Ми-26 авиации Сухопутных войск. Апрель 1995 г.
23Кб
Один из чеченских "Альбатросов", уничтоженных на авиабазе Ханкала 1 декабря 1994 г. Опознавательные знаки чеченских ВВС в виде герба "Республики Ичкерия" (волк, лежащий на фоне зеленого круга с желтым орнаментом) были нанесены поверх красных звезд с укороченными лучами только на некоторых "Дельфинах" и "Альбатросах". На остальных чеченских машинах сохранились советские ОЗ.
21Кб


Перепечатка без ссылки на "Крылья Родины ЗАПРЕЩЕНА!
©1996 г. "Крылья Родины

Оцифровано by GRISHAN
© 2003 г.


 

  Реклама:




             Rambler's Top100 Rambler's Top100