Загадка успеха воздушных асов.
Константин Смирнов
 

Птенцы Геринга.
В годы второй мировой войны уровень развития военной авиационной техники в таких странах, как США, Англия, Германия, СССР, достиг настолько высокого уровня, что исход воздушного боя стал зависеть не от того, на каких самолетах летали летчики противоборствующих сторон, а исключительно от личных качеств пилотов, от их таланта и мастерства. С этой позиции наиболее "качественными" кажутся немецкие летчики.
Так к концу войны в люфтваффе насчитывались 34 пилота, сбивших более 150 самолетов противника, и около 60 - одержавших от 100 до 150 побед. Лучший немецкий летчик Эрих Хартман уничтожил 352 самолета. а фоне таких показателей успехи мастеров вохдушного боя стран - противниц Германии выглядят довольно бледно. апример, американский ас номер один Р.Бонг одержал всего 40 побед, а наиболее удачливый английский пилот Д.Джонсон - 38. есколько лучше показали себя советские летчики. В составе советских ВВС в конце войны было 7 пилотов, уничтоживших более 50 самолетов противника. Самым результативным асом был Иван Кожедуб, одержавший 62 победы. За ним по числу сбитых самолетов идут А.Покрышкин - 59 побед, .Гулаев - 57, Г.Речкалов - 56, К.Евстигнеев - 53, А.Ворожейкин - 52, Д.Глинка - 50.
Самыми фантастическими успехи пилотов были на Восточном фронте. Здесь воевали лучшие летчики "Люфтваффе": Эрих Харман - 352 победы, Герхард Баркхорн - 301, Гюнтер Ралль - 275, Отто Китель - 267, Вальтер Новотны - 258, Вильгельм Бац - 242. Шесть вышеперечисленных пилотов уничтожили 1695 самолетов противника. Для сравнения: один из наиболее результативных истребительных корпусов советских ВВС под командованием Героя Советского Союза К.Савицкого уничтожил 1653 самолета. То есть получается, что 6 немецких асов по своей эффективности были выше, чем несколько советских истребительных полков. Еще более невероятными кажутся достижения Эриха Хартмана: воюя на Восточном фронте, он уничтожил более 3 авиационных дивизий. Создается впечатление, что немецкие пилоты были на голову выше, чем советские летчики. Встает вопрос: так ли это, и если так, то есть ли какое-либо реальное объяснение феномена немецких асов, или же его следует объяснить разного рода неосязаемыми факторами, типа предрасположенности германской нации к господству в воздухе, как говорил шеф Люфтваффе Герман Геринг.
Сразу надо сказать, что серьезно воспринимать высказывание Геринга не стоит. Его словами можно было бы объяснить, скажем высокий средний уровень немецких пилотов, который, кстати сказать, не был выше среднего уровня пилотов любой другой страны, но никак не достижения лучших германских асов.Ведь влюбой другой стране должны были найтись хоть и в меньшем количестве, чем в Германии, талантливые летчики; и при прочих равных условиях их результаты должны были быть приблизительно равны результатам лучших немецких пилотов. Трудно поверить, что ни в Англии, ни в США, ни в Советском Союзе не нашлось ни одного столь же талантливого летчика, как Эрих Хартман или Вальтер овотны.
Однако ни одна из противоборствующих Германии стран не дала летчиков с таким количеством сбитых самолетов, как у немецких асов. Поэтому, по всей видимости, в основе феноменальных успехов птенцов Геринга лежат реальные причины и условия.
Летная подготовка сталинских соколов.
Наиболее простое, самое правдоподобное на первый взгляд и часто встречающееся объяснение высокой результативности немецких асов - это низкая летная подготовка советских пилотов.
При поверхностном рассмотрении кажется, что это действительно так. В начальный период войны значительная часть советской авиации была уничтожена. Только 22 июня 1941 года потери советских ВВС составили 1200 самолетов, из них 800 было уничтожено на аэродромах, а 400 в воздухе. Велики были и потери личного состава. В этой ситуации советские авиационные училища организовали ускоренные курсы подготовки пилотов. К 1942 году подобная система подготовки летных кадров начала работать на полную мощность, и в боевые полки советских ВВС стало приходить множество молодых пилотов. Так, средний налет выпускника авиационнного училища составлял от 13 до 34 часов, из них только 3-4 часа на боевой технике. Естественно было бы предположить, что молодые советские летчики становились легкой добычей даже для рядовых пилотов Люфтваффе, которые по окончании летных школ имели налет в 400 часов, не говоря уже об асах.
Если принять версию о том, что советские ВВС задавили Люфтваффе большим количеством слабоподготовленных пилотов, то естественно было бы предположить, что в этом случае, потери советской авиации должны существенно превышать потери немецкой. А этого-то как раз и не наблюдается. Потери обеих сторон в годы второй мировой войны приблизительно равны.
К слову сказать, и сами немецкие асы никогда не указывали на слабость летной подготовки советских летчиков, более того, они утверждали, что из всех пилотов, с которыми им приходилось встречаться в воздушных боях, русские - самые сильные и не идут ни в какое сравнение ни с американцами, ни с англичанами, ни с французами, которых никак нельзя упрекнуть в слабой летной подготовке. И действительно, на Восточном фронте не проходили такие номера, какой выкинул немецкий ас Эрих Рудорфер в 1943 году, когда в течение 17-минутного воздушного боя он сбил 13 английских "Спитфайеров".
В связи с этим причина успехов геринговских птенцов, наверное, кроется отнюдь не в слабости летной подготовки советских пилотов. А в чем же тогда?
Русские - отличные истребители, но...
"Русские - отличные истребители, но они не подготовлены вести бой слаженно, эскадрильями..." - эти слова принадлежат майору Гюнтеру Раллю, одержавшему 275 побед. Из его слов видно, что сами немецкие асы видели причину своих феноменальных успехов не в слабой летной, а в слабой тактической подготовке советских летчиков и, следовательно, в превосходстве своих тактических приемов.
В начальный период войны тактика немецких истребительных подразделений была эффективнее, чем тактика советских истребительных частей. В первую очередь они были более рационально организованы. Основной задачей истребительной авиации Германии было уничтожение самолетов противника. Ее выполняли элитарные истребительные подразделения, такие, как эскадры Мельдерса и Рихтгофена, или специально обученные эскадрильи в обычных эскадрах. В эти подразделения отбирались лучшие летчики из рядовых частей, решавших второстепенные задачи - прикрытие наземных войск и сопровождение бомбардировщиков, - и перспективные выпускники авиационных школ.
Эти привилегированные части использовали и соответствующую тактику. Основной тактикой немецких асов была свободная воздушная охота, заключавшаяся в действии небольшими группами, чаще всего парами, при свободном поиске противника. Как правило, немецкие охотники появлялись со стороны солнца, чтобы затруднить свое обнаружение, совершали стремительную атаку и, сбив один-два самолета, быстро скрывались, не ввязываясь в длительный воздушный бой. Другими словами, немецкие асы сами решали, какую цель им атаковать, а какую нет, принимать бой с превосходящими силами противника, или не делать этого, то есть благодаря этой тактике они всегда владели инициативой и могли навязывать противнику невыгодные условия боя.
Для советской истребительной авиации основной задачей было прикрытие наземных войск от воздушных ударов противника и сопровождение своих бомбардировщиков. В соответствии с этими задачами тактика истребительной авиации была пассивной и оборонительной. е всегла правильными даже для такой тактики были и тактические построения. Слабость тактики в начальный период войны признавал и прославленный советский ас и стратег воздушного боя Александр Иванович Покрышкин. Он отмечал, что наставления по воздушному бою были в корне неверны, связывали летчиков по рукам и ногам и, ка следствие, приводили к большим потерям. Основываясь на собственном боевом опыте, Покрышкин разработал ряд новых тактических приемов, которые принесли успех не только ему самому, но и мноигм советским асам - ученикам Александра Ивановича: Гулаеву, Речкалову, Глинке. К концу 1943 года тактические приемы Покрышкина были внедрены во многих истребительных частях советских ВВС. Покрышкин ратовал также за внедрение в боевую деятельность истребительных частей и тактики свободной воздушной охоты. Эта тактика применялась советскими летчиками лишь эпизодически вплоть до конца 1944 года, когда из лучших пилотов стали формироваться полки воздушных охотников. В один из таких полков и попал служить лучший советский ас, в то время дважды Герой Советского Союза И.. Кожедуб.
С внедрением в жизгь тактических приемов Покрышкина в 1943 году тактика советской авиации стала вполне передовой. Тем не менее именно в период с 1943 по 1945 год немецкие асы добиваются на Восточном фронте наибольших успехов. Стало быть, отсталость тактической подготовки советских летчиков едва ли была основной причиной небывалого успеха птенцов Геринга.
Необыкновенная эффективность Ивана Никитича
Так в чем же кроется причина успеха немецких асов на Восточном фронте, если не в слабости летной и тактической подготовки советских пилотов? Пожалуй, лучше всего разобраться в этом на примере двух леьчтков: лучшем немецком - Эрихе Хартмане и лучшем советском - Иване Кожедубе.
Майор Эрих Хартман - ас асов, считающийся лучшим летчиком второй мировой войны, родился в Штутгарте в 1922 году. Его отец был врачом, а мать - спортсменкой-планеристкой. Благодаря ей, Эрих уже в десять лет начинает самостоятельно летать на планере, в шестнадцать он становится инструктором-планеристом. Свое летное образование Хартман продолжил в летном училище под Кенигсбергом. В начале 1942-го Хартман все еще учился летать на авиабазе в Цербсте. Лишь в августе 1942 года молодой пилот попадает на фронт. Первый свой бой Хартман провел в предгорьях Кавказа, и надо прямо сказать, его действия назвать удачными нельзя. Это был всего лишь третий боевой вылет Хартмана. В этом полете он был ведомым командира звена Эдмунда Росмана. Пара Росмана встретила в воздухе два советских истребителя.Увидев их, Хартман пошел на сближение и открыл огонь с большой дистанции. Затем, закружившись в "карусели" с советскими самолетами, вошел в облачность, потерял ведущего, ориентировку и, оставшись один, совершил вынужденную посадку, не добравшись до своего аэродрома. За все это Хартман был отстранен от полетов и две недели изучал тактику ведения боя в составе пары.
Первую свою победу Хартман одержал 5 ноября 1942 года. В этот день он уничтожил штурмовик Ил-2, который, взорвавшись в воздухе, повредил самолет Хартмана, и он с трудом дотянул до базы. К концу апреля 1943 года на счету Хартмана уже 11 воздушных побед, а к концу лета этого же года 88.
20 августа 1943 года Хартман совершает вынужденную посадку на советской территории и попадает в плен. Через сутки он бежит, переходит линию фронта и возвращается в свою часть.
К концу войны Хартману было неполных 23 года, на его счету 352 сбитых самолета, а его грудь украшали все высшие награды третьего рейха.
О своей тактике воздушного боя сам Хартман писал после войны в своих воспоминаниях следующее: "Моя тактика - ждать момента, шанса для атаки. Я сближался на большой скорости, подходил как можно ближе и, когда когда самолет противника закрывал переднюю сферу фонаря, выпускал короткую очередь - экономил боезапас. еподготовленный летчик сближается до 100 м и открывает огонь, а тренированный подходит еще ближе, жмет на гашетку и сбивает. Стрельба с такого расстояния связана с большим риском. Я сам 16 раз пролетал через обломки сбитых мной самолетов, восемь раз спасался на парашюте".
Прославленный советский ас Иван Никитович Кожедуб родился в крестьянской семье на Украине в 1920 году. В 1940 году, после окончания Шосткинского аэроклуба он поступает в Чугуевское летное училище. После окончания училища в конце этого же года его оставляют на инструкторской работе. В дальнейшем это, возможно, не раз спасало Ивану Кожедубу жизнь, потому что на фронт он прибыл не с мизерным налетом, а уже хорошо подготовленным летчиком. Война застает Кожедуба инструктором в Чугуевсом училище. Вместе с ним он эвакуируется в Чимкент. Здесь он готовит молодых пилотов и тренируется сам до конца 1942 года. а фронт Иван Кожедуб попадает несколько позже, чем Эрих Хартман, в марте 1943 года.
Боевая судьба советского аса имеет много общего с судьбой немецкого коллеги.
Так же как и Хартман, свой первый бой Кожедуб провел из рук вон плохо. Вылетев на боевое дежурство над собственным аэродромом в один из мартовских дней 1943 года со своим ведущим младшим лейтенантом Габуния, Кожедуб потерял его из вида сразу же после взлета, потом чуть не потерял ориентировку, увидел группу "Мессершмиттов-110" и решил атаковать их, но во время атаки был подбит немецкими воздушными охотниками, попал под обстрел собственных зениток и едва посадил свой израненный "Лавочкин".
Первый вражеский самолет Кожедуб сбил 6 июля 1943 года, это был пикирующий бомбардировщик "Юнкерс-87". До своего первого сбитого молодой пилот совершил более 30 безрезультатных боевых вылетов.
За годы войны Иван Кожедуб уничтожил 62 самолета противника, ни разу не был сбит или ранен, не потерял ни одного ведомого. К концу войны он, как и Хартман, был майором, а также обладателем трех Золотых Звезд Героя - высшей награды Советского Союза - и других боевых орденов.
О своей тактике Иван Кожедуб уже после войны вспоминал: "Сбив самолет, особенно ведущего, деморализуешь вражескую группу, почти всегда обращаешь ее в бегство. Этого я и добивался, стараясь завладеть инициативой. адо стараться атаковать врага молниеносно, захватить инициативу, умело использовать летно-тактические качества машины, действовать расчетливо, бить с короткой дистанции, и добиваться успеха с первой атаки, и всегда помнить, что в воздушном бою на счету каждая секунда".
Как легко заметить, оба майора - и Харман, и Кожедуб - поют дифирамбы одной и той же тактике воздушного боя. И тем не менее какой секрет знал Хартман, ведь он сбил в 5 с лишним раз больше самолетов противника, чем Кожедуб? А ответ прост, никакого такого секрета Хартман не знал. Да его и в природе не существует. По какому критерию можно определить мастерство летчика-истребителя? Многие, не задумываясь, скажут - по числу сбитых самолетов: кто больше сбил, тот и лучший летчик. А ведь это не совем верно. Так, например, Хартман сбил свои 352 самолета в 825 воздушных боях.Иван Кожедуб же свои 62 уничтожил в 120 воздушных боях. То есть советский ас за всю войну встречался с воздушным противником в 6 с лишним раз реже, чем Хартман. Естественно, что ему было почти невозможно в 120 боях сбить такое же количество самолетов, какое Хартман сбил в 825. Поэтому оценивать качества летчика-истребителя надо не по количеству сбитых самолетов, а по некоторому коэффициенту, равному отношению числа сбитых самолетов противника к количеству проведенных воздушных боев. азовем этот коэффициент условно коэффициентом эффективности одного воздушного боя.
Для Хартмана этот коэффициент будет равен 0,43, для примера, что если бы Иван Кожедуб провел с такой результативностью столько же воздушных боев, сколько их провел Хартман, то на его счету было бы 429 сбитых самолетов противника. А если бы Эрих Хартман встретился с врагом не 825, а только 120 раз, то число его побед равнялось бы 51.
Если сравнить, таким образом, других советских и германских пилотов, то станет очевидным, что их класс приблизительно равен. Только Иван Кожедуб существенно превосходит всех остальных мастеров воздушного боя - инемецких, и советских. В остальном наблюдается удивительное соответствие советских и германских пилотов. Так, Покрышкин имеет коэффициент эффективности воздушного боя, близкий с Хартманом, Речкалов с Баркгорном, Евстигнеев с Раллем, Ворожейкин с овотны. Иными словами, можно утверждать, что загадки высокой эффективности асов Люфтваффе не существует. емецким летчикам просто приходилось больше летать, а потому и больше сбивать.
С этих позиций становится вполне очевидным: наибольшие успехи германской асов приходятся на 1943-1945 годы. В этот период летная нагрузка немецких летчиков резко возросла.
Это произошло потому, что с 1943 года советская авиация по своей численности стала резко превосходить германскую. Активность советских ВВС в результате этого существенно возросла. Естественно, что пилотам более малочисленных Люфтваффе для противодействия советской авиации приходилось чаще подниматься в воздух.
На протяжении уже многих лет Эрих Хартман считается суперасом, лучшим летчиком второй мировой войны. Безусловно, майор Хартман был отличным пилотом и воздушным снайпером, но если рассматривать его боевые действия с точки зрения эффективности проведенных им воздушных боев, то возникают сомнения в том, что этот титул принадлежит ему по праву. Самым высоким показателем боевой эффективности среди асов всех стран обладает Иван Кожедуб, который, по сути дела, и является лучшим летчиком второй мировой.


[НАЗАД]


 

  Реклама:

Легенда о птице.Куда летят птицы зимой? Сказки про птиц.


             Rambler's Top100 Rambler's Top100