Реклама...

    


 
 
главная история авиации ввс в локальных конфликтах
   Туркменская воздушная граница
             
         n  Игорь Сеидов  


 

Начать этот рассказ следует с 1950 г., когда в связи с ухудшившейся обстановкой на границе с Ираном назрела необходимость усиления дислоцированной здесь советской авиационной группировки. Для этого было принято решение о создании в Туркестанском ВО новой, 38-й истребительной авиадивизии, возглавить которую поручили п-ку М. Р. Грядунову. Первыми ее частями стали 152-й ИАП и предназначенный для его обслуживания БАТО(1), приказ о создании которых вышел 23 декабря 1950 г. Командиром нового авиаполка стал Герой Советского Союза гвардии м-р А. П. Чурилин, которому вскоре присвоили звание подполковника. 13 января 1951 г. он вместе с группой офицеров из 10 человек прибыл в Самарканд и приступил к непосредственному формированию части. 17 марта его летчики получили первые боевые самолеты полка, перегнав из Карши девять Як-3. 29 июля 1952 г. полк перебазировался на вновь отстроенный после катастрофического землетрясения 1948 г. аэродром Ак-Тепе и вскоре заступил на боевое дежурство.

Практически одновременно со 152-м ИАП был сформирован и вошел в состав 38-й дивизии 156-й полк. Однако эта часть создавалась на территории Московского ВО и сразу же приступила к освоению реактивных МиГ-15бис. В Средней Азии полк оказался только в 1953 г., перебазировавшись на аэродром Ма-ры-2. Кроме того, в 38-ю дивизию входил 188-й ИАП.

В течение 1953-1960 гг. состав самолетного парка дивизии существенно изменился, его основу теперь составляли МиГ-17. В течение почти всего этого периода каких-либо инцидентов в ее зоне ответственности не произошло ≈ самолеты ВВС Ирана и США ограничивались, в основном, полетами вдоль границы. Но летчикам 38-й НАД все же приходилось применять оружие ≈ на их счету около десятка сбитых автоматических аэростатов, которые запускались с территории Ирана, Турции и Греции. Днем боевого крещения 38-й НАД можно считать 9 апреля 1960 г., когда границу Советской Туркмении нарушил самолет-разведчик U-2, пилотируемый к-ном Г. Пауэрсом. ╚АиВ╩ не так давно писал об этом инциденте (╧ 4'99, стр. 18), поэтому только напомню, что при возвращении нарушителя из рейда командир 156-го ИАП подп-к П. Е. Кузин поднял два МиГ-17, летчики которых получили задание пересечь границу Ирана и преследовать U-2 до предела радиуса действия своих истребителей в надежде, что тот снизится и его удастся уничтожить. Они углубились в воздушное пространство сопредельного государства на 250-300 км, однако успеха эта отчаянная попытка не имела, и пилоты с трудом, почти при пустых баках, вернулись на свой аэродром.

Возможно, этот случай послужил поводом для кардинального реформирования дивизии. Уже в мае ее передали в состав 30-го отдельного корпуса ПВО, заменив при этом 188-й ИАП на 735-й. Этот полк был сформирован в начале 50-х гг. и сначала зачислен в состав 100-й истребительной дивизии, находившейся в Ярославском соединении ПВО. В 1954 г. его передали в 13-ю ГИАД ТуркВО, и аэродромом базирования стал Ханабад под г. Карши (Узбекистан), где часть осталась и после передачи в 38-ю дивизию(2). Окончательная адаптация 38-й НАД в системе ПВО произошла в феврале 1961 г., когда это соединение было переформировано в 17-ю дивизию ПВО, в которую, кроме названных авиаполков, вошли зенитно-ракетные и радиотехнические части. Одновременно со структурными изменениями вооружение 30-го ОК ПВО было существенно усилено. Корпус получил более 100 новейших ЗРК С-75 ╚Двина╩ и значительное количество современных РЛС. Авиаполки в срочном порядке переучились на сверхзвуковые МиГ-19П, а, кроме того, немного позднее одна эскадрилья 156-го ИАП освоила всепогодные Як-28П.

Первым летчиком 17-й дивизии, удостоенным правительственной награды, стал к-н А. С. Карпенко из 152-го ИАП. 29 ноября 1962 г. во время выполнения учебного задания на его МиГ-19 произошел серьезный отказ силовой установки. Летчик должен был катапультироваться, но тогда самолет неминуемо упал бы на город Безмеин. Карпенко смог отвести машину в сторону и покинул ее только над пустынной местностью. За этот подвиг 10 апреля 1963 г. пилот был награжден орденом Красной Звезды.

Самолет L-26

В январе 1963 г. 30-й ОК ПВО был развернут в 12-ю Отдельную Армию ПВО, и вдоль границы с Ираном появились новые позиции ЗРК. Это не осталось без внимания со стороны спецслужб Ирана и США, которые решили провести воздушную разведоперацию над данным районом. Она была запланирована на 20 ноября 1963 г. ≈ день, когда в Иран с визитом отправилась официальная делегация СССР во главе с Л. И. Брежневым. Нарушение границы произошло рано утром. Получив сообщение об этом, командир 152-го ИАП п-к М. И. Привалов поднял с аэродрома Ак-Тепе на перехват дежурную пару МиГ-19. Однако из-за сильной мглы найти цель летчикам не удалось. Тогда с Мары-2 взлетели два МиГ-19 156-го ИАП, наведением которых занялся командир полка подп-к Н. М. Хижняк. И хотя пилотам мешала все та же мгла, ведущий пары к-н В. П. Павловский смог обнаружить следовавший на высоте 2000 м самолет-нарушитель, которым оказался двухмоторный поршневой L-26B (военный вариант ╚Аэро-Коммандера-560╩), имевший иранскую гражданскую регистрацию. Павловский дважды подавал сигналы ╚Следуй за мной╩, но экипаж вторгшейся машины проигнорировал их и, повернув в сторону Ирана, стал уходить. Тогда с ╚земли╩ поступила команда: ╚Цель за границу не пускать╩. Выполняя ее, капитан в районе поселка Ар-тык огнем из пушек поджег L-26B, но тот все же перетянул за ╚ленточку╩ и упал в районе г. Моминабад. Из самолета выскочили три человека и спаслись от взрыва топливных баков. После этого инцидента Тегеран обвинил СССР в уничтожении гражданского самолета в воздушном пространстве Ирана. Однако расследование, проведенное штабом 12-й ОА ПВО при участии командующего ТуркВО маршала И. И. Федюнинского, доказало ≈ L-26 был сбит над советской территорией. Позднее агентура КГБ установила, что в нем находились представители разведки иранской и американской армий.

Эта неудача не остановила коллег Джеймса Бонда от дальнейших подобных акций. Вторую попытку они предприняли осенью 1964 г. Накануне иранские власти официально уведомили советскую сторону, что в связи с земельной реформой намечено проведение аэрофотосъемки вдоль границы от Бахардена до Серахса, на удалении 8 км от ее линии. Командование 12-й ОА ПВО решило подстраховаться и поднять в воздух звено истребителей 156-го ИАП. Как оказалось, опасения были не напрасны. Проводивший аэрофотосъемку ╚Аэро-Коммандер-560╩ ╚случайно╩ нарушил границу в районе Серахсского выступа и углубился в 20-км запретную зону. Это своевременно обнаружили посты радиотехнических войск (РТВ), и служба наведения оперативно вывела звено к-на Печенкина на самолет-нарушитель. Истребители зажали непрошеного гостя с двух сторон, после чего его экипаж без долгих раздумий подчинился командам и приземлился в районе запасного грунтового аэродрома 156-го полка подТенженом, где был арестован. На вопрос, почему они не попытались уйти за границу, иранцы ответили: ╚Если бы мы не выполнили команду на посадку, нас тут же бы сбили...╩. Расследование, проведенное под руководством начальника штаба авиации ПВО СССР генерала И. П. Башилова, показало, что как в первом, так и во втором случае официальным работодателем экипажей ╚Коммандеров╩ была Ирано-американская географо-картографическая компания. Однако отличная оснащенность самолетов специальной аппаратурой и соответствующая подготовка авиаторов американскими инструкторами убедительно доказывали ≈ рейды осуществлялись в интересах разведслужб. В связи с тем, что экипаж самолета-нарушителя беспрекословно выполнил команду советских средств ПВО, через неделю разбирательств и пребывания в Мэрах он вместе со своим самолетом был передан иранской стороне.

Самолет L-20 Beaver

Прошло почти три года, и в том же районе была предпринята еще одна попытка воздушной разведки мест сосредоточения ЗРК 12-й ОА ПВО. Днем 28 июня 1967 г. в 37 км восточнее Ашхабада в воздушное пространство СССР проник иранский легкомоторный самолет L-20A Beaver, взявший курс на Мары. На его перехват взлетела дежурная пара 156-го ИАП, ведомая замкомэском к-ном О. Г. Степановым. Подойдя к нарушителю, Степанов заставил его совершить посадку на автостраду Ашхабад-Мары в 70 км от Ашхабада.

В середине 60-х гг. 156-й ИАП получил новейшие перехватчики Су-9, но уже через несколько лет перевооружился на Су-15, а чуть позже ≈ на более совершенные Су-15ТМ. 152-й полк долго летал на стареньких МиГ-19 и только в 1977 г. перешел сразу на истребители третьего поколения МиГ-23М. В 70-е гг. много беспокойства личному составу 17-й дивизии доставляли разведывательные АДА. Это были ╚шары╩ нового поколения, запускались они с турецкой базы в г. Эрзрум и несли внушительный арсенал оборудования. В борьбе с ╚дрейфовиками╩ особенно отличились летчики 152-го ИАП, которые записали на свой счет 7 АДА. Первый из них сбил в 1971 г. м-р В. А. Гулей, он же через пять лет уничтожил еще один. В 1972 и 1973 гг. два аэростата сбил старший штурман полка подп-к А. К. Белов. В сентябре 1975 г. еще один зонд ╚снял╩ Н. М. Михеев. (Следует отметить, что тогда с 11-го по 14-е сентября над территорией СССР появились 11 АДА, имевшие высоту дрейфа 11000-14000 м и скорость около 200 км/ч. По каждому из них поднимались от одного до шестнадцати перехватчиков, которые применяли УР, НАР и огонь пушек. Им удалось уничтожить 8 ╚шаров╩ и у двух отбить подвески). В 1978 и 1979 гг. еще два АДА сбили Г. А. Чухонцев и Л. М. Орлов.

В 70-е гг. в зоне оперативного контроля 17-й дивизии ПВО происходили и единичные вторжения в воздушное пространство СССР пилотируемых ЛА. Весной 1975 г. в 01 ч 20 мин границу нарушил иранский легкомоторный самолет. Его своевременно обнаружили посты РТВ, и на перехват с аэродрома Ак-Тепе взлетел на МиГ-19 ст. л-т В. Антипов. Цель шла на малой высоте над горами, и обнаружить ее оказалось непросто. Тогда советский летчик снизился и попытался отыскать самолет-нарушитель на высоте его полета, но не успел уклониться от склона горы и врезался в нее. Иранской машине удалось уйти, а обломки истребителя и останки летчика обнаружили только спустя несколько дней в районе поселка Фирюза.

Летчики 152-го ИАП взяли полноценный реванш за гибель своего товарища в 1978 г. 21 июля в 6 ч 21 мин в районе приграничного поселка Багир, недалеко от Ашхабада, наземные посты обнаружили четыре вертолета СН-47С ╚Чинук╩ ВВС Ирана, которые углубились в советское воздушное пространство на 15-20 км. В 6.26 цели были обнаружены радиотехническими средствами авиабазы Ак-Тепе, и прибывший на КП полка заместитель командира части подп-к Ю. А. Милослав-ский поднял на перехват МиГ-23 под управлением к-на А. В. Демьянова. Тот обнаружил один вертолет, но опознать его не сумел и принял за своего. К тому же, летчик получил с ╚земли╩ команду: ╚Оружие не включать! Близко не подходить!╩. В ответах Демьянова при радиообмене чувствовалась какая-то неуверенность, и он был возвращен на аэродром.

Капитан В. И. Шкиндер

В 6.52 Милославский поднял второй истребитель, пилотируемый к-ном В. И. Шкиндером. Вскоре летчик доложил, что вертолеты опознаны, после чего получил команду: ╚Атакуйте!╩. ╚Чинуки╩ шли парами на юго-восток вдоль Каракумского канала, но, когда иранцы обнаружили, что их преследует истребитель, они тут же развернулись и стали уходить к горам, в сторону границы. Получив команду на уничтожение цели, Шкиндер выпустил по ближайшему СН-47 две ракеты Р-60. Тут же на КП последовал его доклад: ╚Первый уничтожил...╩. Через 8 секунд он уточнил: ╚Первый упал на землю, горит. Второй уходит к границе. До границы 5 км, постараюсь уничтожить второй вертолет, сейчас доверну╩. Милославский, чувствуя, что пилот вошел в боевой азарт, предупредил его: ╚Близко не подходи╩. В ответ последовало взволнованное сообщение: ╚Второй дымит, полетели куски от него, пошел к границе...╩. На запрос КП: ╚Чем работали?╩, летчик ответил: ╚Пушкой╩ (расход снарядов составил 72 штуки). С момента вылета прошло всего 5 мин 26 с.

Первый ╚Чинук╩, пораженный двумя ракетами, упал в районе поселка Гяуре и полностью сгорел, а вместе с ним погибли и все 8 человек, находившихся на борту. Второй СН-47, получив попадания в двигатель, совершил вынужденную посадку в районе Гяурсской погранзаставы, и четыре члена его экипажа были задержаны пограничниками. Ведущая пара вертолетов успела уйти. Экипаж подбитого ╚Чинука╩ около недели находился в Ашхабаде под арестом, затем его перевезли в Москву. Вскоре советская сторона заявила, что ╚иранские вертолеты заблудились и непреднамеренно нарушили советскую границу╩, после чего экипаж и останки восьми погибших иранцев вернули Тегерану. Через месяц находившийся в Гяурсе СН-47 был восстановлен советскими специалистами, и иранцы перегнали его на родину. Инцидент был исчерпан. Однако, со слов техников, ремонтировавших этот ╚Чинук╩, на подбитом и сбитом вертолетах стояло разведывательное фотооборудование, а на уцелевшей машине были обнаружены несколько отснятых кассет.

Валерий Шкиндер вскоре был переведен на другое место службы. Его представляли к ордену Боевого Красного Знамени, но Кремль ограничился благодарностью, сославшись на ╚сложную международную обстановку╩! Считается, что к-н Шкиндер провел первый результативный бой на истребителе с вертолетом в истории Советских ВВС и ПВО. Видимо, это первый успешный воздушный бой на самолете с изменяемой стреловидностью крыла в мире вообще. Его схема была размножена и разослана во многие части ПВО для пере-нятия эффективных тактических приемов при борьбе с малоскоростными высокоманевренными целями.

70-е годы для 17-й дивизии были омрачены, как минимум, тремя тяжелыми летными происшествиями. 3 ноября 1975 г. в районе поселка Бахарден разбились на МиГ-15УТИ летчики 152-го полка к-ны Ро-манцев и Штракин. В 1979 г. во время учебного полета сорвало фонарь на Су-15 из 156-го ИАП, который пилотировал летчик Пак. Самолет вошел в штопор и разбился, пилот погиб. В том же году в 152-м ИАП из-за помпажа двигателя МиГ-23М над аэродромом Ак-Тепе катапультировался летчик Кожанов, а самолет упал в районе ВПП.

В марте 1980 г. 17-я дивизия была переформирована в 24-й ОК ПВО, при этом ее два авиаполка переданы в состав ВВС ТуркВО. В начале 1981 г., уже находясь в новом подчинении, отличился командир эскадрильи 156-го ИАП м-р Н. В. Рахи-мов, который на Су-15 сбил очередной АДА. Летом того же года в полку произошел последний перехват на этом типе самолета. Заместитель командира эскадрильи к-н Кондаков был поднят в воздух, после того как наземные службы зафиксировали нарушение границы иранским легкомоторным самолетом. Цель шла низко, и хотя летчик опустился до 1500 м, обнаружить ее так и не смог. Однако его истребитель с подвешенными ракетами хорошо видели иранцы. Они решили не испытывать судьбу и приземлились на ближайшей автостраде. При расследовании выяснилось, что два незадачливых ╚летуна╩, управлявших одномоторным спортивным самолетом, просто заблудились. Вскоре они вместе со своим аппаратом были отпущены в Иран.

Для 156-го полка переход под знамена ВВС вылился в переучивание на Су-17МЗ, после чего он с июня 1981 г. стал именоваться истребительно-бомбардировочным (АПИБ). Жизнь показала абсолютную непродуманность решения о выведении истребительной авиации из состава 12-й ОА ПВО (скажем, для выполнения функций перехватчиков пришлось ставить на боевое дежурство Су-17 156-го полка). Поэтому в феврале 1986 г. в 24-й корпус ПВО вернули 152-й ИАП и включили вооруженный МиГ-23М 179-й ГИАП, ранее входивший в ВВС ТуркВО и базировавшийся на аэродроме Небит-Даг. В 1988 г., в свете перестроечных веяний, корпус был переформирован в дивизию, вновь получившую свой 17-й номер. В нее дополнительно включили 366-ю отдельную вертолетную эскадрилью, вооруженную Ми-8 и Ми-24.

Заметный след в истории 152-го и 156-го полков оставила война в Афганистане. 30 марта 1982 г. с Ак-Тепе в Шинданд отправились два звена МиГ-23М во главе с м-ром И. А. Предикером, которым предстояло прикрывать крупную десантную операцию в районе Рабати-Джали. Успешно выполнив поставленные задачи, группа через месяц без потерь вернулась на родную базу. В дальнейшем летчики 152-го ИАП время от времени совершали боевые вылеты с Ак-Тепе для нанесения ударов по целям на территории ДРА. Как правило, на задание отправлялась одна эскадрилья (10-12 самолетов). Отработав по цели, садились в Шинданде, где дозаправлялись и затем уходили в Союз, на аэродром Мары-2, а уже оттуда возвращались в Ак-Тепе. Таких вылетов было относительно немного и обошлись они без потерь, да что там потери ≈ даже ни одной пробоины в самолетах не отмечено. А вот 156-му АПИБ повезло гораздо меньше. Он воевал в Афганистане с мая 1983 г. по октябрь 1984 г., потеряв семь Су-17МЗ и двух летчиков.

В последнее десятилетие существования СССР было отмечено только одно серьезное нарушение воздушной границы на рассматриваемом направлении. Летом 1987 г. со стороны Ирана вторгся неизвестный самолет и зашел на 40 км в глубь советской территории. Цель поначалу ╚отдали╩ ЗРВ, однако у ракетчиков произошел какой-то сбой, и тогда с Ак-Тепе подняли в воздух МиГ-23. Однако было потеряно 8 минут, и нарушителю удалось удрать. В один из дней 1989 г. в приграничной зоне, по иранскую сторону, появился вертолет, поведение которого показалось весьма неопределенным. На всякий случай комдив-17 п-к Алтынбаев поднял на перехват МиГ-23 из 152-го полка, пилотируемый подп-ком Осауленко. Вскоре летчик обнаружил над горами в районе н. п. Фирюза потенциального нарушителя и начал его сопровождение. Некоторое время истребитель и вертолет летели параллельно друг другу, каждый по свою сторону границы. В конце концов ╚сокол Исламской революции╩ решил не рисковать и отвернул в глубь своей территории.

В этот же период произошел и весьма курьезный инцидент. Как-то весной 1983 г. РТВ зафиксировали нарушение границы со стороны Ирана. На перехват был поднят Су-17 из 156-го АПИБ. Однако и с Ак-Тепе 152-й ИАП отправил МиГ-23. В результате летчик МиГа принял Су-17 за нарушителя, а летчик ╚сушки╩ ≈ наоборот Оба доложили на свои КП, что видят противника и атакуют его. Вскоре завязался воздушный бой, а в это время нарушитель, которым оказался Ту-22, залетевший по ошибке в иранское воздушное пространство и возвращавшийся назад, преспокойненько сел в Мары-2. На КП обоих полков быстро разобрались, что происходит в воздухе, и разняли драчунов, не доведя дела до стрельбы.

К сожалению, не обошлось это десятилетие и без серьезных летных происшествий.. Так, 24 июня 1981 г. пилоты 152-го ИАП вновь отвели угрозу падения самолета на Безмеин. В тот день у МиГ-23УБ, которым управляли подп-к А. С. Мовчун и к-н А. X. Худайназаров, при взлете отказал двигатель. Летчики увели машину в сторону от жилых районов, но сами из-за малой высоты спастись не смогли. Посмертно они были награждены орденами Красной Звезды, а на месте их гибели благодарные местные жители установили обелиск. В 90-е гг. дважды в серьезные ситуации попадал уже упоминавшийся зам. командира той же части подп-к Н. Е. Осауленко. В августе 1990 г. у его МиГа на высоте 2100 м произошло самовыключение двигателя. Однако летчик не стал катапультироваться и со второй попытки на высоте всего 400 м смог запустить ТРД, после чего благополучно приземлился на аэродроме. За героизм, выдержку и спасение боевой машины офицер был представлен к ордену Красного Знамени, но... повторилась история со Шкиндером. В марте 1993 г. на долю Осауленко выпало последнее ЛП в полку. При заходе на посадку не вышла носовая опора шасси. Летчик увел самолет подальше от аэродрома, где выполнил каскад фигур высшего пилотажа с большими перегрузками и заставил таким образом переднюю ╚ногу╩ покинуть свою нишу.

В 1990 г. с базы хранения в Сары-Шагане (Казахстан) в Ак-Тепе перебросили около 20 перехватчиков МиГ-25ПД, ранее состоявших на вооружении расформированного в том же году 378-го Трансильванского ИАП, базировавшегося в Запорожье. Самолеты поступили на оснащение двух эскадрилий 152-го ИАП.

В 1991 г. все летчики освоили дневные полеты, а 4-5 человек летали и в ночное время. Эскадрильи были признаны боеготовыми и приступили к несению боевого дежурства. Уже после распада СССР прошли стрельбы: в 1992 г. летчик А. А. Сафонов первым в полку сбил ракетой Р-40 самолет-мишень Ла-17.

Штурмовики Су-25 ВВС Туркменистана

В 1990 г. 156-й АПИБ получил новые МиГ-29, но продолжал эксплуатировать некоторое количество Су-17. В таком смешанном составе он и встретил декабрь 1991 г. До 1993 г. полк и другие части, о которых речь шла в этой статье, входили в состав ВВС РФ. Затем они разделили судьбу многих российских полков, расположенных за пределами своей страны: сами части были расформированы, российские авиаторы убыли на родину, а вся авиатехника перешла вооруженным силам государств, образовавшихся из бывших советских республик. При этом базировавшиеся в Ак-Тепе и Мары части стали отдельными смешанными авиаполками нейтрального Туркменистана. Они получили на вооружение самолеты разных типов: МиГ-23, МиГ-25, МиГ-29 и Су-17. Недавно там появились Су-25, четверка которых была показана на параде в декабре 1999 г. Именно туда прибывают служить молодые авиаторы туркменских ВВС, недавно окончившие украинские авиационные вузы. 

_______________
Примечания:
1 
Батальон аэродромного технического обслуживания
 
В апреле1965 г. 735-й ИАП был передан в 15-ю дивизию ПВО (Самарканд)

 




Уголок неба. 2004  (Страница:     Дата модификации: )



 

  Реклама:




             Rambler's Top100 Rambler's Top100