главная история авиации авиация второй мировой
   Фрагменты боевого применения Ил-4
             
         n Игорь Гуляс  


Первые ДБ-3Ф начали поступать в войска в начале 1940. Новые машины, в основном, поступали на вооружение полков Дальней бомбардировочной авиации (ДВА) и к тому времени составляли более половины ее авиапарка.  Всего на западных рубежах СССР в ДВА имелось 1332 самолетов, из них 1122 - ДБ-3Ф и ДБ-3 (906 исправных).

Пожалуй, наиболее боеспособным соединением ДВА был 3-й корпус. Именно он имел наибольшее количество ДБ-3Ф и подготовленных экипажей. К тому же, в составе корпуса находился 212-й отдельный ДБАП, созданный по предложению известного пилота, одного из немногих "миллионеров" ГВФ А.Е.Голованова. В нем собрали лучших гражданских летчиков, обладавших богатым опытом полетов в любую погоду и над любой местностью. Их квалификация была на голову выше, чем у коллег из ВВС.

Кроме западных округов, соединения ДВА находились в Закавказье (вероятно, 27-я дивизия), Забайкалье (одна дивизия) и на Дальнем Востоке (5-й ДБАК). Основу их ударной мощи составляли бомбардировщики Ильюшина, однако преимущественно старых модификаций.

22 июня аэродромы ДВА не пострадали. В течение часа-полутора после объявления тревоги все части были приведены в полную боеготовность, но приказы о дальнейших действиях к ним поступили не сразу. Сегодня известно, что 2-й и 4-й ДБАК в полном составе приступили к боевой работе только 25 июня. А в первый день войны наиболее активными были экипажи ДБ-3Ф из 3-го БАК. Н.С.Скрипко в своих мемуарах пишет, что задачу его корпус получил околоЮ ч 22 июня. "Боевые действия корпуса начал 207-й ДБАП п/п-ка Титова. Первые ДБ-3Ф стартовали в 13.40, два часа спустя они достигли цели и удачно отбомбились по большой мотоколонне противника в р-не Мерканс и Лептуны. Удачно прошел первый боевой вылет и в 96-м ДБАП. Его 23 экипажа нанесли прицельные удары по скоплениям войск на шоссе Сувалки-Августов. От огня зениток и истребителей противника полк потерял 3 ДБ-3Ф, а стрелок-радист Хабалов сбил Me-109. Но не все было так гладко. Из 70 ДБ-3, совершавших первый боевой вылет, к концу дня не вернулись 22 машины, было много раненых и убитых." 22 июня боевое крещение также прошли некоторые экипажи из 1-го ДБАК, бомбившие Кенигсберг и Тильзит, а также из 18-й отд. ДБАД.

Хотя уже первый день войны показал, что в воздушном бою ДБ-3Ф имеют мало шансов на успех, штаб ВВС и лично главком Жигарев продолжали ставить командирам корпусов задачи на дневное бомбометание. Организовать истребительное прикрытие из-за потери управления частями командование было не в состоянии, а комкорам, комдивам и командирам полков не пришла мысль, что этим нужно заниматься самим. И в то же время были истребительные полки и даже дивизии, которые сидели на земле и, "проявляя выдержку", ждали приказа...

В ночь на 23 июня Генштаб, определив направления главных ударов противника, нацелил туда всю авиацию. ДБ-3Ф предстояло действовать по целям дальним и ближним. Так, 1-му БАК предписывалось нанести удар по военным объектам у Кенигсберга и Данцига и одним вылетом корпуса поддержать войска Северо-Западного фронта (СЗФ). 2-му БАК достались объекты у Люблина и Катовице и один вылет в интересах Юго-Западного фронта (ЮЗФ). 18-й отдельной дивизии следовало разрушить военные объекты в Кракове и поддерживать войска ЮЗФ. Задачи 3-го БАК - объекты в р-не Варшавы и один вылет в интересах Западного фронта. Для нанесения ударов по предместью польской столицы вылетела сводная группа 212-го полка (по звену от каждой эскадрильи). Возглавлял ее комэск м-р Новиков, который решил бомбить с большой высоты с последующим уходом под "потолок" на 7500 м, что позволило свести к минимуму угрозу от истребителей противника. Bf 109 на больших высотах теряли маневренные качества, и медлительный, но плотный строй ДБ-3Ф успешно отразил все атаки, при этом стрелку сержанту Цикишвили удалось сбить один истребитель. Однако это был самый удачный из всех дальних рейдов ДБ-3 в тот день, большинство прошли с потерями (до 30%). Ни один вылет не обошелся без воздушного боя. И в этих боях экипажи показали себя вовсе не беззащитными. Почти каждая группа сбила по истребителю!

Первые боевые вылеты ДВА по непосредственному профилю оказались для нее на долгое время и последними. Г.К.Жуков требовал от ВВС штурмовок, и вскоре вся авиация превратилась в штурмовую. Уже 24 июня командование поставило перед экипажами ДБ-3 и ДБ-3Ф задачу бомбить механизированные колонны с высоты 400 м, т.к. удары по ним с больших высот хоть и были более безопасны, но оказались малоэффективны. В полках, где подобные приказы не объявлялись, летчики сами стремились действовать с небольших высот, а после сброса бомб нередко продолжали атаковать противника из пулеметов. При бомбардировке опускаться ниже 400 метров было опасно, т.к. можно было угодить под осколки своих же "соток", которые составляли основу нагрузки ДБ-3Ф. Звено обычно сбрасывало не менее 20 ФАБ-100, несколько десятков зажигательных бомб по 100 кг и около 70 осколочных АО-8 по 8 кг.

26 июня экипажи 3-го ДБАК совершили 254 самолето-вылета, понеся значительные потери. Только в 207-м ДБАП не вернулось 15 экипажей! Тот день в историю советских ВВС вошел как день подвига экипажа Николая Гастелло. Это событие, имеющее прямое отношение к ДБ-3Ф, до сих пор достоверно не описано - задержимся на нем подробнее. Тогда для нанесения бомбовых ударов по танковым колоннам на участке шоссе Молодечно-Родошковичи вылетел 207-й ДБАП. Полк работал звеньями с интервалами в 5-10 мин. Звено к-на А.Маслова (ведомые Витковский и Клята) ушло на цель одним из первых, около 10 ч, а к-н Гастелло со своими ведомыми Воробьевым и Рыбасом - примерно через час. Маслов и Гастелло были в числе тех, кто с задания не вернулись. Первый пропал без вести, имя второго обрело бессмертие. Его подвиг стал известен по докладам ведомых. На следующий день это место, как утверждает Скрипко, было специально сфотографировано. Погибших авиаторов похоронили местные жители. В 1951 г. в канун 10-летия подвига государство выделило деньги на памятник Гастелло в Родошковичах. Когда могилу у деревни Дешкняны вскрыли, то обнаружили медальон Г.В.Реутова -стрелка из экипажа... Александра Маслова!!! В верхах возникло большое замешательство, и в конце концов было принято решение все замять. Экипаж Маслова перезахоронили под памятником Гастелло, а обломки его ДБ-3Ф выставили в нескольких музеях как обломки самолета Гастелло.

Кропотливая работа энтузиастов, опрос местных жителей, поиски в архивах и на местах падений самолетов заставляют на многое взглянуть по-новому. Наиболее вероятной представляется следующая версия. Звено Гастелло достигло цели, отбомбилось по шоссе на заданном участке и повернуло на восток. Но истребителей противника в воздухе не было, у стрелков оставался неизрасходованный боезапас, и Гастелло пошел вдоль проселочной дороги в восточном направлении на Беларучей-Мацки-Шепели.

Стрелки обстреляли из ШКАСов автоколонну, повредили 12 машин, в том числе легковую и штабной автобус. Перед деревней Шепели самолет задымил. Сразу за ней начинался густой лес, и если бы экипаж над ним выпрыгнул, немцы его бы и не пытались искать, но самолет начал разворачиваться обратно на Мацки, где стояла вражеская воинская часть. Очевидно, перед разворотом Гастелло отдал команду покинуть машину. Но, штурмуя колонну, ДБ-3Ф и так летел низко, а при развороте еще потерял высоту. Успел выпрыгнуть только один. Местные жители нашли его мертвым, причем тело сильно обгорело. Около погибшего обнаружили какие-то бумаги, в т.ч. письмо штурмана Скоробогатого жене. Самолет же, описав дугу около 300╟, упал в болото между деревнями Мацки и Шепели. Именно в этом месте, а не у деревни Декшняны, как общепринято, погиб экипаж Гастелло. Впоследствии здесь были найдены документы и обломки именно его самолета, о чем свидетельствует бирка от двигателя М-87Б ╧87844. Хотя тарана не было, но подвиг - был!

В начале войны бомбардировщики действовали группами до авиаполка включительно в боевых порядках: клин, пеленг, колонна звеньев и эскадрилий. Бомбометание производилось с горизонтального полета. При встрече с вражескими истребителями у немногочисленных групп ДБ-3Ф было не много шансов уцелеть. Известны случаи разгрома целых эскадрилий. Так, 24 июня девятка ДБ-3Ф из 212-го ДБАП потеряла над Картуз-Березой (Брестская обл.) 8 самолетов. 18 августа шестерка бомбардировщиков к-на Терехова из 231-го ДБАП была атакована в р-не Пятихаток (Днепропетровская обл.) восьмью Bf 109, которые сбили 5 самолетов, потеряв два своих. Единственный уцелевший ДБ-3Ф будущий дважды Герой В.Н.Осипов посадил вынужденно у первого попавшегося аэродрома.

30 июня западные историки отмечают как самый результативный день для люфтваффе. В тот день крупные силы советских бомбардировщиков были брошены на разрушения переправ у Бобруйска и Двинска. Над Березиной у Бобруйска действовали пять бомбардировочных дивизий, основу двух из них составляли ДБ-3 и ДБ-3Ф. Переправа и подступы к ней прикрывались большим количеством зенитных пулеметов и малокалиберной артиллерией (МЗА).

Истребители врага непрерывно барражировали в этом районе. Эти обстоятельства были известны с 28 июня, когда экипажи 212-го ДБАП впервые атаковали эту цель. Однако 30 июня ни истребителей прикрытия, ни специальных сил для подавления ПВО советское командование не выделило! Более того, у какого-то штабного умника появилась идея воздействовать на противника непрерывно. В других обстоятельствах такое решение могло стать верным, но тогда оно привело к появлению над целью с небольшими интервалами звеньев и отдельных экипажей, что стало равносильно смертельному приговору. Стаи "ягдфлигеров" 51-й эскадры набрасывались на малочисленные группы советских машин и до появления следующих успевали их если не уничтожить, то ополовинить. Николай Богданов, летчик ДБ-3Ф из 212-го ДБАП, принимал участие в том налете. На его глазах экипаж Ковшикова был сбит истребителями, а самолеты м-ра Починка и л-та Белокобыльского взорвались от прямых попаданий зенитных снарядов. Из группы Богданов вернулся один.

Жертвы были огромны (до 50%), но советским летчикам удавалось наносить противнику урон, и порою немалый. 56-й корпус Манштейна был задержан на 3 дня! Среди других успехов следует отметить разгром штаба 39-го мехкорпуса 3-й танковой группы Гота на шоссе Молодечно-Минск, удар по штабу 2-й танковой группы Гудериана, разгром аэродрома истребителей в Вильно.

Использование ДБ-3Ф в качестве стратегического бомбардировщика началось в августе, когда был реализован план нанесения воздушных ударов по столице Германии. В качестве баз использовались аэродромы на острове Сааре-маа (Эзель) Моонзундского архипелага, откуда до цели оставалось 900 км. Как известно, первый налет на Берлин ночью с 7 на 8 августа совершила группа 1-го минно-торпедного авиаполка (МТАП) Балтфлота во главе с п-ком Е.Н.Преображенским, стартовавшая с аэродрома Когул на ДБ-3. Утром 8 августа Сталин распорядился выделить двадцать ДБ-3Ф и разместить их недалеко от Когула в Асте. Жигарев направил самолеты из состава 1 -го БАК, и 10 августа 12 машин добрались до острова, из них только пять были ДБ-3Ф. Эти машины принимали участие в боевых действиях с первых дней войны и оказались в худшем техническом состоянии (особенно двигатели), чем самолеты более старых модификаций. В итоге 11, 15 и 18 августа на Берлин смогли вылететь только два ДБ-3Ф под управлением экипажей м-ра В.И.Щелкунова и к-на Н.В.Крюкова, а 20 августа в паре со Щелкуновым отправился бомбардировщик к-на Юспина. В этом вылете ДБ-3Ф сбросили на столицу третьего рейха 3000 кг бомб, в том числе три ФАБ-500.

По причине больших потерь 3 июля 1941 г. вышла директива Ставки, предписывавшая дальнебомбардировочной авиации действовать ночью и с больших высот. Приказ правильный, но экипажи как летали днем, так и продолжали. Почему? Ветеран ДВА Герой Советского Союза В.В.Решетников (в 1980-86 гг. заместитель главкома ВВС) считает, что от безысходности, ведь противник наступал с темпом до 50 км в сутки, нужно было срочно принимать хоть какие-то меры, и Генштаб их принимал. Потери росли. Из глубины страны прибывали новые эскадрильи, полки и целые дивизии. Так, 1 -и БАК пополнился 22-м ДБАП с Дальнего Востока, в 3-й БАК вошел 4-й ДБАП из Забайкалья. Но восполнять потери не успевали, и к концу июля на западном направлении оставалось 75 исправных ДБ-3 разных модификаций.

Из-за резкого сокращения численности авиапарка стали ненужными аппараты управления корпусов ДБА, и в конце июля - начале августа их упразднили. С этого времени и начался постепенный переход авиаполков ДБ-3 на ночные полеты. Полностью к действиям в темное время суток ДБА перешла к декабрю. Дивизии действовали разрозненно в интересах фронтов, в полосе которых базировались.

Зимой 1941-42 гг. немцы стали летать ночью к аэродромам ДБА и сбивать приземляющиеся в свете посадочных прожекторов самолеты. Так, в 750-м ДБАП в короткий срок были сбиты экипажи Попеля и Савельева. Оперативно приняли ответные меры, в том числе стала применяться и блокировка вражеских аэродромов. Штурман ДБ-3Ф К.П.Иконников вспоминал, как, вылетев на подобное задание, они встретили в воздухе Не 111, тот принял их за своих и привел на Витебский аэродром. Советскому экипажу удалось сделать 10 заходов с разных сторон, каждый раз бросая по одной бомбе. Вскоре на ДБ-3Ф летал полк охотников-блокировщиков.

Необходимость массированного применения дальних бомбардировщиков на направлениях главных ударов явилась причиной того, что 5 марта 1942 г. ДБА преобразовали в авиацию дальнего действия (АДД), подчиненную непосредственно Генштабу. Возглавил ее ген.-м-р Голованов. Первоначально в АДД вошли 8 авиадивизий, из них 5 на Ил-4: 3-я АД п-ка Новодранова, 17-я АД п-ка Логинова, 24-я АД п-ка Дубошина, 36-я АД п-ка Дрянина, 50-я АД п-ка Меньшова.

Экипажи АДД летали только ночью и несли гораздо меньшие потери. В АДД были переданы не все дивизии, имевшие на вооружении Ил-4. В составе ВВС остались 132-я БАД п-ка Каравацкого, базировавшаяся на Кубани, 113-я БАД, были, не исключено, и другие. Ил-4 из 132-й БАД действовали преимущественно днем, всегда с прикрытием, на большой высоте и никогда не выступали в роли штурмовиков. Их потери также были не велики. По утверждению Каравацкого, они составляли 2-3 самолета на 100 вылетов.

До июля 1942 г. Ил-4 из АДД работали только в интересах фронтов. В ночь с 19 на 20 июля наиболее подготовленные экипажи, преимущественно из 17-й АД, приняли участие в операции стратегического назначения -рейде на Кенигсберг. Операция тщательно готовилась. Расчет строился так, чтобы стартовавшие засветло Ил-4 успели выработать топливо из подвесных баков, сбросить их и до перелета линии фронта набрать максимальную высоту. Дальнейший маршрут был проложен над малонаселенными местами, в обход постов ПВО, а заход на цель строился со стороны моря. Рейд удался. Из него не вернулся только Ил-4 ст. л-та М.Михалева, который был подбит над Кенигсбергом и добит МЗА при перелете линии фронта в р-не Ржева. 24 и 26 июля налеты на столицу Восточной Пруссии повторились. В последнем приняло участие 88 экипажей, из которых 57 пробились к цели. 18 и 20 августа вновь бомбили Кенигсберг, 19 - Данциг, 26 -Берлин. 5 сентября налеты последовали на Будапешт и Кенигсберг, 8 сентября - на Бухарест. 14 сентября 3-я, 17-я и 45-я АД бомбили Бухарест, Плоешти, Галац.

В полетах на предельный радиус экипажам Ил-4 было очень важно правильно подобрать режим работы двигателей, чтобы не допустить перерасхода топлива. Для этого существовали специальные приборы - газоанализаторы, однако они были ненадежны, и многие летчики ориентировались исключительно по цвету труб пламегасителей. Продолжительность дальних рейдов составляла 9-10, а иногда и 12 часов! Автопилот на Ил-4 отсутствовал, и летчикам приходилось переносить большие нагрузки. Чтобы командир экипажа мог хоть немного отдохнуть и размяться, штурман на некоторое время брал управление на себя, прибегая к помощи съемной ручки.

Основные события 1942 г. разворачивались на южном направлении. Вначале в интересах Сталинградского фронта постоянно работала только 50-я АД, а с 25 августа здесь сконцентрировали еще три дивизии на Ил-4. Нередко дальним бомбардировщикам приходилось действовать по целям, которые были в пределах досягаемости У-2. В таких случаях бомбовая нагрузка значительно повышалась за счет уменьшения запаса топлива. Существовал и другой вариант, когда бензин заливался ╚под пробку╩, а при повторных вылетах подвешивались только бомбы, что позволяло выполнить за ночь по 3-5 боевых вылетов.

7 авиаполков и 4 дивизии АДД указом от 26 марта 1943 г. были преобразованы в гвардейские. Все они были вооружены Ил-4. С начала года поступления этих бомбардировщиков в войска стали превышать потери, что позволило в апреле создать в АДЛ пять корпусов на Ил-4: 1 АК ген.-м-ра Юханова, 2 АК ген.-м-ра Логинова, 3 АК ген.-м-ра Волкова, 6 АК ген.-м-ра Туликова, 8 АК ген.-м-ра Буянского.

АДД в 1943 г. участвовала во всех крупных операциях. Так, весной разгорелись ожесточенные бои на Кубани. Ближе всего к этому району дислоцировалась 50-я АД п-ка Меньшова, которая получила задачу по уничтожению вражеских бомбардировщиков на аэродромах. При этом особенно отличился 21-й ДБАП, который в ночных рейдах на крымские авиабазы в Саках и Сарабузе уничтожил и повредил до 100 самолетов. Эффективные действия экипажей Ил-4 вынудили немцев маневрировать силами, и в конечном итоге отвести свои бомбардировщики в глубь оккупированной территории, а в качестве площадок подскока использовать аэродромы Донбасса, где застать их самолеты советским авиаторам не удавалось.

Поэтому при планировании налета на Енакиево в 21-м ДБАП решили выделить один экипаж, которому предстояло вылететь засветло и блокировать вражеский аэродром до подхода основных сил. 25 июня на это рискованное задание отправился Ил-4 к-на Ситнова. Удача сопутствовала авиаторам, они не только смогли серией бомб перекрыть взлетную полосу, но и подожгли один Ju 88.

До конца войны Ил-4 действовали на всех фронтах. К тому времени сам самолет и его оборудование безнадежно устарели, что особенно было заметно на фоне лендлизовской техники. Но экипажи продолжали воевать, причем порой довольно эффективно. Совершенствовалась тактика, рождались новые приемы. При нанесении ударов стали выделять самолеты не только для блокирования аэродромов противника, но и подавления ПВО, доразведки, обозначения целей, фотоконтроля и т.д. В 1944 г. Ил-4 АДД привлекались для нанесения ударов по Финляндии, с помощью которых Советский Союз пытался добиться выхода этой страны из войны, и к другим операциям (см. "АиВ", ╧╧4,5,6'97). Однако в основном АДД продолжала действовать по объектам в оперативной глубине обороны противника, что, возможно, стало одной из причин ликвидации АДД. 6 декабря 1944 г. ее части и соединения вернулись в лоно ВВС, став 18-й воздушной армией. Ил-4 в 18-й ВА имели: 1-й Гв. Смоленский БАК ген.-л-та Туликова, 2-й Гв. Брянский БАК ген.-л-та Логинова, 3-й Гв. Сталинградский БАК ген.-л-та Нестерцева, 4-й Гв. Гомельский БАК ген.-л-та Счетчикова, 19-й БАК п-ка Калинушкина, 27-я учебная АД.

За годы войны советская ДА совершила более 220 000 боевых вылетов, сбросив на противника 2 000 000 бомб. 240 летчиков, штурманов, стрелков стали Героями Советского Союза, а шестеро - С.И.Кретов, А.И.Молодчий, В.Н.Осипов, В.В.Сенько, П.А.Таран, Е.П.Федоров удостоены этого звания дважды. Из них пятеро всю войну летали на Ил-4, и только Молодчий первую Звезду получил, будучи пилотом Ер-2.

Ил-4 в морской авиации использовались как бомбардировщики, торпедоносцы и для минных постановок. В начале войны у моряков ДБ-3Ф имелись, по всей видимости, только на Черноморском флоте (ЧФ) во 2-м МТАП Героя Советского Союза м-ра Н.А.Токарева (как минимум одна эскадрилья). Первый боевой вылет они совершили в ночь на 24 июня по румынской военно-морской базе Констанца. Бомбометание выполнялось с высот 3500-5000 м и прошло без потерь. Что заставило командование повторить удары днем? Не ясно. Однако 24 июня и несколько раз позднее ДБ-3 и ДБ-3Ф без прикрытия вылетали бомбить Констанцу, Сулину и другие объекты в Румынии, неся при этом значительные потери. В ночь на 8 августа семь экипажей полка во главе с Токаревым совершили успешный налет на объекты в р-не Бухареста. Группа удачно обошла зоны ПВО и отбомбилась с 6000 м, вызвав несколько очагов пожаров. Но основные усилия в то время прилагались для поддержки войск, оборонявших Одессу. Черноморцы ночью бомбили подъездные пути и резервы противника, а днем - действовали над морем. В особо тяжелых условиях приходилось работать экипажам в период обороны Севастополя - в осажденном городе постоянно находились от звена до эскадрильи ДБ-3Ф, совершавших в каждую ночь от 3 до 5 вылетов, нанося удары по железнодорожным станциям, аэродромам, позициям артиллерии, переднему краю и резервам врага.

В 1943 г. на ЧФ действовала уже минно-торпедная авиадивизия, которой командовал п-к Н.А.Токарев. В ее составе 5-й ГвМТАП (бывший 2-й) и 36-й МТАП летали на Ил-4. Главной задачей полков был срыв морских перевозок противника. Основным методом - свободная охота одиночных экипажей, пар и групп "низких" и "высотных" торпедоносцев. Уникальный Ил-4 был у командира звена 5-го ГвМТАП А.И.Жесткова. Герой Советского Союза В.И.Минаков в своих мемуарах называет эту машину "счастливой девяткой". За 28 месяцев боевой работы самолет неоднократно повреждался огнем противника, механики сменили на нем 37(!) моторов, ряд узлов и приборов, почти всю обшивку. Одно время на этом Ил-4, по воспоминаниям летчика 5-го ГвМТАП П.И.Листопада, рули высоты имели дюралевую обшивку, а не перкалевую. При боевых повреждениях их не разрывал набегающий поток, и они продолжали эффективно работать. Но однажды близким разрывом снаряда дюралевый лист закрутило так, что он заклинил управление, и пилоту пришлось очень туго. Когда осенью 1944 г. активные военные действия на Черноморском флоте закончились, самолет украшали 20 силуэтов кораблей и 6 звездочек - символов успехов его экипажа на море и в воздухе.

На Балтике в 1-й МТАП ДБ-3Ф стали поступать, скорее всего, с августа 1941 г. До конца декабря эта часть совершила 1520 боевых вылетов и потеряла 77 самолетов. 18 января 1942 г. полк в числе первых на флоте стал гвардейским. Во время блокады Ленинграда его экипажи действовали в интересах обороны города. Главной задачей в тот период было уничтожение авиации противника на аэродромах Пскова,Сиверской, Красногвардейска, Гатчины.

Часть сил задействовалась для выполнения бомбовых ударов и минных постановок в районах военно-морских баз Хельсинки, Таллинн, Котка. Боевые вылеты проводились в основном ночью, а днем - только в сложных метеоусловиях. Со второй половины 1942 г. полк, действуя на ДБ-3 и ДБ-3Ф, совершил 82 самолето-вылета на торпедометание. В атаках принял участие 41 экипаж, было потоплено 9 транспортов и 8 различных кораблей. После прорыва блокады Ленинграда полк перенацелился на решение задач только на море. Основным способом действий торпедоносцев являлись крейсерские полеты (свободная охота). Торпеды сбрасывались с высоты 25 м на дистанции 600-800 м от цели. Всего за 1943 г. экипажи 1-го ГвМТАП произвели 229 крейсерских полетов, 93 из которых завершились атаками. Было потоплено 46 транспортов. К концу года экипажи В.А.Балебина, Ю.Э.Бунимовича, Г.Д.Васильева имели на своем счету по 3 и более потопленных судна. К тому времени полк уже полностью сменил ДБ-3 на Ил-4. 1-й ГвМТАП стал самым именитым авиаполком. 33 его авиатора получили звание Героя Советского Союза - рекордный показатель для всей советской авиации. Еще 10 летчиков были удостоены этого звания после перевода в другие части. На протяжении 30 лет во главе авиации ВМФ неизменно находились ветераны 1-го ГвМТАП.

На Северном флоте ДБ-3Ф впервые появились в сентябре 1941 г. Это было переведенное с Балтики звено ст. л-та И.Я.Гарбуза. Весной 1942 г. с ТОФ на север перелетели еще 6 Ил-4 во главе с к-ном Г.Д.Поповичем. Вместе они составили минно-торпедную эскадрилью 2-го ГвСАП, которым командовал Б.Ф.Сафонов. Боевую деятельность эскадрилья начала с бомбардировочных ударов по аэродромам противника. К концу мая 1942 г. на ее счету уже значилось около 20 уничтоженных и поврежденных самолетов. С мая экипажи приступили к тренировочным торпедометаниям и вскоре стали вылетать на поиск противника. Первый успех пришел 29 июля, когда пара Ил-4 (И.Я.Гарбуз и Б.С.Громов) атаковала в р-не Порсангер-фьерда конвой в составе 3-х транспортов и 10 кораблей охранения, потопив один транспорт. С того дня боевой счет североморцев стал быстро расти. С начала июля на Северный флот прибыла особая морская авиагруппа (ОМАГ), в составе которой был 35-й БАП на Ил-4. В интересах флота действовала и переброшенная в Заполярье 36-я АД АДД п-ка Дрянина. Основной задачей этих бомбардировщиков было нанесение ударов по вражеским аэродромам. В октябре на СФ был сформирован 24-й МТАП, первым командиром которого стал п/п-к Н.Н.Ведмеденко. В полку на Ил-4 летала 1-я эскадрилья к-на Поповича. В марте 1943 г. аналогичное подразделение появилось и в 118-м МРАП, где Илы выполняли роль дальних разведчиков. В 1944 г. на севере уже действовала минно-торпедная авиадивизия п-ка Н.М.Кидалинского в составе вооруженного Ил-4 и "Бостонами" 9-го ГвМТАП (бывший 24-й), а также переброшенного с Черноморского флота 36-го МТАП Героя Советского Союза А.Я.Ефремова.

Последний раз повоевать Ил-4 пришлось в ходе разгрома Квантунской армии. В состав авиационной группировки вошел 19-й БАК п-ка М.Н.Кали-нушкина, вооруженный Ил-4. Подавляющее большинство экипажей этого корпуса были хорошо подготовлены, но не имели боевого опыта, т.к. во время войны корпус дислоцировался на Дальнем Востоке. 157 торпедоносцев имела авиация ТОФ, из них 26 Ил-4, которые находились на вооружении 4-го МТАП м-ра Н.М.Черняева. Этот полк начал боевые действия одним из первых и в ночь на 9 августа нанес удар по порту Расин. На следующее утро разведка выявила 4 крупных очага пожара и разбитый транспорт. В ту же ночь 76 экипажей 19-го БАК атаковали военные объекты в Чанчуне и Харбине. На этом театре военных действий противник оказывал слабое сопротивление, и Ил-4 успешно действовали днем. Так, 9 августа 41 бомбардировщик в сопровождении истребителей нанес повторный удар по кораблям в порту Расин. Было уничтожено 2 из 6 транспортов. Эффективно действовали и торпедоносцы, которые за короткое время потопили 15 судов общим водоизмещением 78 450 т.

Эпилог

Итак, изложение краткой биографии Ил-4 завершено. Мы, авторы, старались рассказать ее правдиво, без стыдливого умалчивания фактов, которые никак не украшают тогдашнее руководство страны, ВВС и авиапромышленности. Так было. И пусть судьба Ил-4 не покажется кому-то в этом смысле особенной - такой стиль работы в те годы считался нормальным, и его отпечаток несут на себе в разной степени все советские самолеты. На фоне многих из них Ил-4 выделяется даже в лучшую сторону, т.к. его в конце концов довели до необходимого уровня надежности и эффективности боевого применения. В феврале 1943 г. Ильюшин писал: "Для того, чтобы темной ночью улетать в тыл врага на 1500 км, нужно очень сильно верить в надежность мат. части: самолет и мотор". Ил-4 такую веру заслужил. Он стал настоящим самолетом-солдатом и оставался основным советским дальним бомбардировщиком вплоть до появления Ту-4. В минно-торпедной авиации последние машины были сняты с вооружения в 1952 г., уступив место реактивным Ту-14 и Ил-28Т. Как учебные Ил-4 применялись еще дольше. Так, в 1953 г. самолеты этого типа еще летали в училище штурманов морской авиации в Николаеве.

Да, особенных восторгов Ил-4 не заслужил, но долгую память - безусловно.
 








Уголок неба. 2004  (Страница:     Дата модификации: )



 

  Реклама:



             Rambler's Top100 Rambler's Top100