главная история авиации авиация второй мировой
   Первые дни войны (22 июня 1941 года)
             
         n  А.Гуляс  

 




22 июня 1941 г. навсегда останется в нашей памяти днем величайшей трагедии. Тяжелейший урон понесла советская авиация. Отечественные историки оценивают потери за эти сутки на подвергшихся внезапному удару 66-й приграничных аэродромах в 800 машин, а общие потери авиатехники 1160 самолетов. Однако в условиях хаоса, неразберихи и откровенного головотяпства советские летчики сумели достойно встретить противника. По некоторым данным, в воздушных схватках, развернувшихся от Балтики до Черного моря, они сбили за день 244 вражеских самолета.

Основная сила удара гитлеровской авиации пришлась на Белорусский военный округ. Здесь "люфтваффе" имели наибольший успех. На 26-и аэродромах противник сжег 528 наших машин, еще 210 было сбито в воздухе (387 истребителей и351 бомбардировщик), Большинство из них принадлежало дивизиям первого эшелона армейской авиации. Так, 9-я смешанная авиадивизия (СмАД) из 409 своих самолетов потеряла 347, 10-я СмАД из 231- 180, в 11-й СмАД к концу 22 июня осталось в строю 72 самолета из 199. Уже к исходу второго дня войны эти соединения оказались не боеспособны. Однако большинство уцелевших после первого удара пилотов оказали противнику такое жестокое противодействие, какого "люфтваффе" не знали даже в пиковые дни "битвы за Англию". Только в полосе Западного фронта и только в воздушных боях гитлеровцы лишились 143 своих машин.

С момента вторжения начались жестокие воздушные бои в полосе от Гродно до Львова. Город Кобрин прикрывали полки 10-й СмАД полковника Белова. В районе Пружан, 70-ю километрами северо-восточнее Бреста, базировался 33-й истребительный авиаполк (ИАП), начавший боевые действия в 3.30 утра, когда над Брестом звено л-та Мочалова сбило немецкий самолет. Вскоре на аэродром полка налетело около 20 He-111 под прикрытием небольшой группы Bf-109.B это время там находилась только одна эскадрилья, которая взлетела и вступила в бой. Вскоре к ней присоединились остальные три эскадрильи, возвращавшиеся с патрулирования района Брест -Кобрин. В бою противник потерял 5 самолетов. Два Не-111 уничтожил л-т Гудимов. Последнюю победу он одержал в 5.20 утра, таранив немецкий бомбардировщик. Еще дважды полк успешно перехватывал большие группы "хейнкелей" на дальних подступах к аэродрому. После очередного перехвата возвращавшиеся уже на последних литрах горючего И-16 полка были атакованы "мессершмиттами". Взлететь на помощь никто уже не смог. Аэродром почти час подвергался непрерывным штурмовкам. К 10 часам утра в полку не осталось ни одного способного подняться в воздух самолета. Его боевые действия фактически окончились. За эти несколько часов войны отличились капитаны Копытин, Панков, Федотов, ст.политрук Мандур ( по иным данным Мадур), ст. лейтенанты Нюнин и Тимошенко, л-т Веник.

В Пружанах базировался и 74-й штурмовой авиаполк (ШАП) под командованием майора Васильева. Полк имел 15 И-15 и 2 Ил-2. Все они были уничтожены в первые минуты войны. Десятка "мессершмиттов" появилась в 4 часа 15 мин. Отсутствие ПВО позволило ей действовать как на полигоне... Во второй половине дня уцелевший личный состав эвакуировался на восток.

После первых ударов боеспособность сохранил только 123-й ИАП. Основным аэродромом полка был Именин, но довольно часто упоминается Стригово, что в нескольких километрах от границы. Возможно, там базировалась дежурная эскадрилья к-на Савченко. Еще одно звено во главе с зам. командира полка к-ном Можаевым находилось в засаде в 4 -5 км севернее Бреста. Как и два предыдущие полка, 123-й не имел зенитного прикрытия, но все же маскировка и рассредоточение позволили избежать полного разгрома. В предвоенных планах намечалось перевооружение полка на Як-1, но 20 новых машин бригада с саратовского авиазавода собрала только 19 июня. Параллельно сборке шло изучение новой техники. Руководитель бригады И.В. Кислов впоследствии вспоминал, что собранные ими Яки не имели вооружения, к тому же из тыла не завезли высокооктановое топливо. Поэтому полеты на них не производились. Однако это несколько противоречит показаниям комдива Белова. Он утверждал, что 21 июня пробные полеты на Як-1 совершили майор Б.Н.Сурин, к-н Можаев и инспектор дивизии. Кроме того, Б.Н.Сурин сделал на Яке один боевой вылет Й2 июня на разведку переправ через Буг.

Но все же войну полк начал на И-153. И с первых минут агрессии его пилоты завязали бои над Брестом и Кобриным К 5.00 утра Б.Н. Сурин уже имел личную победу - сбил Вf-109. В четвертом боевом вылете, будучи тяжело ранен, он привел свою "чайку" на аэродром, но посадить уже не смог. Очевидно, умер в кабине при выравнивании...  Борис Николаевич Сурин провел 4 боя, лично сбил 3 германских самолета. Но это не стало рекордом. Лучшим снайпером дня оказался молодой летчик Иван Калабушкин: на рассвете он уничтожил два Ju-88, ближе к полудню - Не-111, а на закате жертвами его юркой "чайки" слали два Bf-109! В том же вылете, засмотревшись на горящий 109-й, он пропустил атаку противника и надолго выбыл из строя. Около восьми утра четыре истребителя, пилотируемые к-ном М.П.Можаевым, л-тами Г.Н.Жидовым, П.С.Рябцевым и Назаровым, вылетели против восьмерки "мессершмиттов-109". Взяв в "клещи" машину Жидова, немцы подбили ее. Выручая товарища, Можаев сбил одного фашиста. Жидов поджег второго. Израсходовав боекомплект, Рябцев таранил третьего противника. Таким образом, в этом бою враг потерял 3 машины, а мы одну. В течение 10 часов пилоты 123-го ИАП вели тяжелые бои, совершая по 10 -14 и даже 17 боевых вылетов. Техники, работая под огнем противника, обеспечивали готовность самолетов. За день полк сбил около 30 (по иным данным более 20) самолетов противника, потеряв в воздухе 9 своих. В числе наиболее отличившихся: старшие политруки Корчагин и Сиротин, к-н Савченко, л-ты Завгородний и Шулик. К исходу дня аэродром Стригово северо-восточнее Бреста был занят противником, и остатки полка (к 14.00 оставалось 15 исправных машин)  перебазировались на площадки близ Пинска. Сложность обстановки иллюстрирует записка зам. ком. полка к-на Савченко: "Штаб 10-й СмАД эвакуировался не знаю куда. Сижу в Пинске, возглавляю сборную группу истребителей. Вчера, 22.06.41 г. провели 8 воздушных боев, сбили 7 бомбардировщиков, ЗМе-109, 1 разведчик. Сам я участвовал в бою над Пинском и сбил 2. Сегодня (23.06.41 г.) группа сделала 3 боевых вылета. Жду указаний, как быть дальше".

Вблизи Белостока начал свой боевой путь 124-й ИАП. Около 4.00 утра в районе города Замбрув успеха добился заместитель командира полка к-н Круглов. В том же бою Дмитрий Кокорев в 4 часа 15 минут утра таранил вражеский самолет.

Высокое мастерство и отвагу продемонстрировали пилоты 126-го ИАП (аэродром Долубово в 18 км от границы, истребители МиГ-3 и И-16). В 8.15 утра пятью километрами севернее аэродрома на высоте 800 м появились 23 Ju-88. В бой вступила девятка МиГов под командованием замкомэска 4-й эскадрильи л та Г.Алаева. Два "юнкерса" тут же были сбиты, остальные вышли из боя. Победы одержали Г Алаев и В.Ушаков, который подбил, помимо того, еще один бомбардировщик. Наши пилоты потерь не имели. Через несколько минут курсом на аэродром вышла группа из 10 Bf-109 и 9 Bf-110(по иным данным 9 и 10 соответственно). "Сто десятые" начали штурмовку, а Bf-109 связали боем прикрывавшие аэродром МиГи. Немецкие потери составили два "сто девятых", один из которых тараном уничтожил мл. л-т Панфилов (его вторая победа задень), другой Bf-109 у самой земли сбил Г.Алаев, но при этом сам погиб, столкнувшись с землей. Панфилов сумел покинуть горящую машину и спасся на парашюте. Не вернулся из вылета и В.Ушаков. Еще одним пилотом 126-го полка, одержавшим победу, стал А.Журавлев - он сбил Ju-88. Всего же в то утро 126-й полк одержал более 6 побед.

129-й ИАП, вооруженный И-153 и МиГ-3, базировался в восьми километрах от границы у Тарново. К полудню на его поле выползли немецкие танки, но капитан Беркаль, правильно оценив ситуацию, перебазировал свой полк (вернее, его остатки) на основной аэродром под Белостоком. В бою над Ломжей мл. л-т В.Цебенко сбил Bf-109. Возможно, это была первая победа полка. Еще один "сто девятый" сбил ст.политрук А.Соколов. А.Кузнецов и В.Николаев уничтожили по одному Не-111. Всего за день полк сбил 6 самолетов, потерям один свой.

124-й, 126-й и 129-й ИАП входили в состав 9-й СмАД, которой командовал Герой Советского Союза генерал-майор С.Черных. Дивизия имела в своем составе и другие полки, причем не только истребительные. По архивным данным она сбила 85 самолетов противника. Эта дивизия, базировавшаяся на Белостокском выступе, - наиболее пострадавшее в тот день авиасоединение, передовые аэродромы которого подверглись не только непрерывным штурмовкам и бомбежкам, но также артиллерийскому и минометному обстрелу. Из 409 самолетов дивизии к вечеру уцелело лишь 62 машины.

Отличные боевые качества продемонстрировали пилоты 127-го ИАП под командованием подполковника Гордиенко. Трое из них:  ст. политрук А.Данилов, ст.л-т Кузьмин и л-т Пачин в первый день войны таранили вражеские самолеты. На рассвете (по другим данным около 10 утра ) Андрей Данилов взлетел на перехват и в р-не Гродно-Лида сбил вражеский бомбардировщик. Возвращаясь на аэродром, он встретил девятку Bf-110, два из которых сбил, а третий таранил на уже горящей "чайке". Пачин тараном уничтожил Ju-87 на подступах к Гродно между 10 и 11 часами утра. После полудня таран совершил Георгий Кузьмин. Это был его шестой боевой вылет и, вероятно, вторая победа за день. Данилов, Кузьмин, Пачин были награждены посмертно, однако А.Данилов после тарана остался жив. В первый день 127-й ИАП совершил 180 боевых вылетов и сбил 20 самолетов противника. По четыре самолета сбили комэск л-т С.Я.Жуковский и политрук А. Данилов, 3 (в 9 боевых вылетах)- ст. политрук А.А.Артемьев, по два (в 5 боевых вылетах) -ст.л-т Кузьмин и л-т И.И.Дроздов. Надо отметить, что противником 127-го ИАП в этот день была одна из элитарных эскадр "люфтваффе" - Jagdgechwader-27 (JG-27).

В первые минуты войны с аэродрома Новый Двор поднялся по тревоге 122-й ИАП (насчитывал 68 самолетов И-16 и И-153, в т.ч. 15 неисправных). Задень многие пилоты полка совершили до 10 боевых вылетов и открыли свой счет побед. Так, мл. л-т Сергей Долгушин на И-16 сбил Bf-109 , зам. командира полка к-н Уханев уничтожил Bf-110, однако эта победа не нашла подтверждения в официальной сводке.

122-й и 127-й полки входили в состав одной из наиболее пострадавших в тот день 11-й СмАД под командованием подполковника Ганичева. Вероятно, к концу дня 22 июня именно в эти два полка входило основное количество уцелевших 72 самолетов дивизии. Но и их уничтожил противник на следующее утро на аэродроме Лида. Всего за первый день войны 122-й и 127-й полки сбили 35 самолетов (из них, вероятно, 15 приходилось на долю 122-го ИАП): 17 Bf-109, 11 He-111 и 7 Ju-88.

После первых ударов противника едва ли не единственным боеспособным авиасоединением Западного фронта осталась 43-я ИАД под командованием генерал-майора Г.Н.Захарова, базировавшаяся в районе Орши. Ближе к полудню два ее полка: 160-й ИАП майора Костромина и 163-й ИАП майора Лагутина, прикрывая Минск, вступили в бой и сбили около 10 самолетов противника (командиры точными данными не располагали). Однако плохая организация ПВО Минска не позволила этой внушительной силе - 60 И-153 (72 пилота) 160-го ИАП и 59 И-16 (72 пилота) 163-го -надежно прикрыть город. К вечеру аэродром в Лошице и Минск горели. Вот как это описывает комдив Г.Н.Захаров: "Низко над Минском ходили большие двухмоторные машины. Я видел их, подлетая, но мне в голову не могло прийти, что это ходят Ju-88. Они шли на малых высотах и прицельно швыряли бомбы на отдельные здания. Вражеских истребителей в небе не было. Подвергая город в течение дня непрерывной бомбардировке, превратив аэродром в жаровню, "юнкерсы" под вечер чувствовали себя в полной безопасности. Я находился выше, прямо над центром города, когда увидел одного над крышей здания штаба округа. Спикировал, пристроился ему в хвост и стрелял в упор длинными очередями. Ju-88 не загорелся, но внезапно накренился и упал в районе оперного театра. Над окраиной я атаковал другого и поджег его. Он уходил дымя, но я думаю, что не вытянул - как и у первого, у него слишком мал был запас высоты". Так легендарный Г.Захаров продолжил свой боевой счет, открытый еще в Испании.

Авиация Киевского Особого Военного Округа насчитывала 11 дивизий, из которых шесть были армейского подчинения и базировались в широкой полосе: 50-300 км от госграницы. 22 июня противник подверг удару 23 передовых аэродрома округа. Наиболее мощные удары пришлись на 14-ю, 15-ю, 16-ю, 63-ю и 64-ю СмАД и 62-ю бомбардировочную. На аэродромах враг уничтожил 204 советских самолета, еще 97 были сбиты в воздухе. Общие потери -301 самолет. Имеются и другие цифры - так, по подсчету кандидата исторических наук В.Бабкина и маршала авиации П.Кирсанова, потери округа составили 277 самолетов.

Истребительная авиация округа состояла из 17 авиаполков и насчитывала 1296 самолетов, в т.ч. 980 И-16 и И-153. Новейшие МиГи и Яки практически не были освоены и реальной боевой ценности не представляли. В первых боях МиГи имели максимальный процент потерь среди всех типов истребителей. Парадоксально, но и в последующие 6-12 месяцев войны полки, оснащенные новой техникой, выбивались быстрее, чем соединения, вооруженные устаревшими "ишаками". Популярный у нас ранее тезис о том, что советскую устаревшую технику не следует даже учитывать (что до последнего времени и делалось), породил легенду о количественном превосходстве "люфтваффе". Однако, если что и не следует в полной мере учитывать - то это новые типы истребителей, еще не освоенные летным составом, конструктивно не доведенные и потому имевшие низкую боевую эффективность. Осмелюсь предположить: будь количество новых машин большим, масштабы нашего поражения были бы еще более горькими... Крайне досадно об этом говорить, но ведь количественно "люфтваффе" значительно уступали нашим ВВС даже после первого дня войны, а секрет их успеха кроется в безупречной рациональности использования наличных сил и в их высочайшей эффективности.

Например, 22 июня авиация Юго-Западного фронта совершила 800 боевых вылетов, а со стороны противника их зафиксировано лишь 400. Следует отметить и колоссальную концентрацию сил противника на острие его главного удара, тогда как наши соединения были равномерно рассредоточены вдоль всей границы. Такая ситуация позволила немецким пилотам сразу же захватить господство в воздухе.

62-я бомбардировочная дивизия, которой в первые дни войны командовал генерал Тхор, и 14-я СмАД полковника Зыканова составляли воздушные силы 5-й армии, прикрывавшей 170-километровый участок границы на Луцком направлении. В состав 14-й дивизии входили 17-й, 46-й и 89-й ИАП. При первых налетах германской авиации эти полки, базировавшиеся под Луцком, потеряли на земле 46 машин. Вероятно, наибольшие потери понес 46-й ИАП, т.к. упоминаний о его участии в боях, кроме как о таране Ивана Иванова, найти не удалось. Два других ИАП дивизии к полудню 22 июня сбили 31 самолет противника. Однако вечером, прикрывая бомбардировщики 52-го и 94-го СБАПов, эти полки уже не смогли оказать достойное сопротивление истребителям противника в районе Грубешува: было сбито 10 СБ и 4 Пе-2. Стрелки бомбардировщиков 62-й дивизии в воздушных боях 22 июня сбили 8 "мессершмиттов".

Южнее 5-й армии, полосу в 165 км прикрывала 6-я армия. Ее воздушные силы составляли 15-я и 16-я СмАД под командованием генералов Демидова и Шевченко. Исключительно мощными выглядят на бумаге 23-й, 28-й и 164-й истребительные полки 15-й СмАД. На аэродромах во Львове и Куровицах (или Куровичах) в 60 км южнее Львова находилось 236 новеньких МиГов. Однако, совершив задень 374 боевых вылета, они сбили в 11 воздушных боях всего 10 (по иным данным 9) самолетов противника и потеряли 5 своих. Шесть из упомянутых побед приходятся на долю пилотов 28-го ИАП майора Демидова, выполнивших 157 боевых вылетов.

87-й ИАП майора Сульдина, входивший в состав 16-й СмАД, базировался 60-ю км южнее Тернополя на аэродроме Бучач. Полк имел 60 И-16 и 4 МиГ-3 в боеспособном состоянии, еще 10 И-16 готовились для передачи в 36-ю ИАД. С 21 на 22 июня наиболее опытные пилоты полка до 3 часов отрабатывали ночные полеты. Не успели заснуть - тревога! Около 4-х утра завязались первые воздушные бои. В 4 ч 50 мин со стороны штаба 16-й СмАД на высоте нескольких десятков метров в лучах восходящего солнца показался самолет Ju-88. Сбросив серию бомб, "юнкерс" уничтожил 7 из 10 И-16, предназначенных для 36-й ИАД, однако от возмездия не ушел: взлетевший под бомбами Василий Дмитриев догнал и сбил его. По другим данным его уничтожило звено ст.л-та Мельника, а В.Дмитриев позже - около 5 ч 30 мин утра подбил другой "юнкере", который совершил вынужденную посадку западнее Тернополя. Около аэродрома 86-го СБАП в Теребовле совершил вынужденную посадку Do-217, атакованный комэском 87-го ИАП П.А.Михайлюком. Расстреляв боезапас, летчик имитировал попытку тарана и командир "дорнье", молодая немецкая летчица, сочла за благо приземлиться и попала в плен. Под Тернополем сбил He-111 и комиссар эскадрильи 87-го ИАП ст.политрук Я.И.Мороз.

Помимо 87-го ИАП, в состав 16-й дивизии входил и 92-й ИАП. Примечателен воздушный бой звена ст.л-та Медведева над Бродами: прикрывая части 15-го мехкорпуса, его звено на И-153 атаковало группу из 37 Ju-88 и 6 Bf-109. Летчики расстроили боевой порядок врага, а Медведев сбил "юнкерс".

Почти 400 км границы под Станиславом (позже Ивано-Франковск) прикрывала 12-я армия. В ее подчинении имелась 64-я истребительная (по иным источникам смешанная) авиадивизия подполковника Осадчего. Наибольшего успеха добился ее 12-й ИАП. Полк базировался на аэродроме Боушев близ Станислава и имел на 48 пилотов 66 истребителей И-153. При налете на аэродром полк лишился 36 машин (вероятно, 4 из них удалось восстановить), однако в воздухе его пилоты смогли уничтожить 11 вражеских самолетов (из них 8 Ju-88), потеряв лишь три "чайки". Два неприятельских самолета на счету мл. л-та Леонида Бутелина, последний из которых он ценой своей жизни уничтожил над городом Галич тараном в 5 ч 42 мин утра. Командиром этого полка, вероятно, был Герой Советского Союза Павел Коробков. Около Черновцов начал боевые действия 149-й ИАП подполковника Волкова . На земле он потерял 21 МиГ-3 (по другим данным-15) и еще 2 в воздухе, сбив при этом 8 вражеских самолетов).

Помимо выше перечисленных полков, в 64-ю дивизию входили 166-й и 247-й ИАП. Первый из них потерял 4 машины и еще 10 были повреждены, а второй - 42 самолета.

Наиболее слабым авиационным прикрытием располагала 26-я армия генерала Костенко, прикрывавшая Перемышль и Самбор. В ее подчинении находилась только 63-я СмАД полковника Анисимова. В составе дивизии, вероятно, было три боеготовых полка: 20-й и 91-й ИАП и 62-й ШАП, еще один полк - 165-й ИАП - не имел самолетов. Однако эти сведения несколько противоречат документам от 23.06.1941 г., где 20-й и 91-й ИАПы, а также 48 СБАП числятся в 17-й СмАД генерала Гусева . 20-й ИАП базировался в районе Проскурова (Хмельницкий) и имел на лагерном аэродроме 60 И-153, а на основном 61 Як-1, которые успели освоить только 20 пилотов из 63-х. 91-й ИАП скорее всего дислоцировался где-то между Шепетовкой и Новоград-Волынским и, вероятно, ударам не подвергался. В полку насчитывалось 64 пилота, на которых приходилось 66 И-153, 4 И-152 и 4 Як-1. Известно, что 22 июня победу одержал А.С.Романенко, однако он мог быть пилотом другого полка.

Наиболее активным в 63-й дивизии был 62-й ШАП, базировавшийся у села Лисятичи, возле Стрыя. Он имел 64 И-153, однако фактически лишенный зенитного прикрытия, потерял при налетах противника 30 машин (возможно, часть из них позже была восстановлена). В отличие от остальных 62-й ШАП не обделен вниманием историков. В многочисленных публикациях он периодически называется 62-м истребительным. Во всяком случае именно так именуют полк, пилотом которого был л-т И.Ковтун, таранивший над Лисятичами Ju-88. Однако в Лисятичах базировалси 62-й штурмовой авиаполк, и никакого другого 62-го полка по соседству не находилось, так что смело берусь утверждать: Иван Коатун и Петр Чиркин, совершившие 22 июня огненные тараны, были однополчанами по 62-му ШАП и летали на И-153. История своих героев явно выбирает по жребию. До сих пор огненный таран именуют "подвигом Н. Гастелло". А ведь П.Чиркин совершил его в первый день войны, а И Гастелло - лишь на пятый. Тогдаже, 22 июня, свой горящий СБ направил на вражескую переправу под Бродами экипаж Григория Храпая из 33 СБАП 19-й дивизии (штурман В.В.Филатов, стрелок-радист Г.К. Тихомиров). Однако 22 и 23 июня Броды были еще нашими. К тому же в мемуарах В.Ефремова - ветерана 33-го СБАП - нет сообщении о потерях в первых двух вылетах 22 июня. Очевидно, не все здесь однозначно, возможна и ошибка.

33-й СБАП в ходе налета на артпозиции противника западнее Сокаля сбил 2 Bf-109 Один из них на счету М.Я Николаева - штурмана в экипаже Ар-2 ст.л-та В Ефремова. Любопытно, что нападавшей стороной в том бою был наш бомбардировщик, а "мессершмитт" прозевал атаку сзади.

Как видим, противник в полосе Юго-Западного фронта за день потерял в воздушных боях не менее 77 самолетов, причем 67 из них записали на свой счет наши летчики-истребители. Поэтому и вызывает недоумение число, приведенное В. Бабкиным, оценивающее потери "люфтваффе" в 46 самолетов.

В полосе Прибалтийского военного округа противник атаковал 11 советских аэродромов Первые бомбы на порт Либава и аэродром 148-го ИАП, которым командовал майор Зайцев, упали в 3 часа 57 минут. Однако командир 6-й СмАД И Л Федоров отдать приказ на отпор агрессору не решился. Не последовало его и после второго налета. Инициативу взяли на себя рядовые пилоты, а комиссар Головачев изложил ее командованию Но и после этого ничего не изменилось. Боязнь ослушаться приказа Сталина и "дать повод агрессору" подавляла здравый рассудок. Это была одна из причин того, что авиационная группировка, численно почти вдвое превосходившая противника, позволила ему завоевать полное господство в воздухе В тот день округ потерял 56 самолетов.

Подобная ситуация сложилась и в 21-м ИАП майора Мирошниченко в Риге Однако благодаря маскировке потерь удалось избежать. Приказ о начале боевых действий был вскоре получен, и второй налет полк встретил в полной готовности, сбив 9 немецких самолетов. Среди прочих отличились л-ты Гаркуша и Комиссаров, одержавшие по 2 победы. Вероятно, это были пилоты из эскадрильи к-на Нестоянова. вооруженной пушечными И-16. В том бою многие увлеклись, и из 10 самолетов только пять вернулись на аэродром. Остальные совершили вынужденные посадки по причине выработки топлива, причем два истребителя были разбиты.

В состав 6-й СмАД входили еще три истребительных полка, формирование которых не было завершено. Это 31-й, 238-й и 239-й ИАП. Всего же в дивизии в шести боеготовых и четырех формирующихся полках было 236 самолетов и 175 подготовленных экипажей 31-м ИАП командовал Путивко, полк имел 37 МиГов, но24 из них в то утро оказались не исправны. Очевидно, это и стало причиной того. что командир полка в одиночку вел бой против 6-7 самолетов противника. Такой же поединок провел и пилот 61-го ИАП Андрейченко.

В числе наиболее удачливых в округе был 15-й ИАП, где зам. командира был капитан А. Добженко (по другим данным - комэск Алексей Довженко). 22 июня этот летчик совершил 8 боевых вылетов и сбил 3 самолета противника. Полк же записал на свой счет 9 побед. Среди отличившихся упоминаются Арсений Дмитриев и Илья Баланенко. Не исключено, что именно эти пилоты были в числе 23-х, успевших освоить новые МиГ-1, которых в полку насчитывалось 54.

Помимо 6-й СмАД, ВВС округа включали 4-ю, 7-ю и 57-ю СмАД, а также 8-ю ИАД Командование ими осуществляли соответственно полковники: И К. Самохин, Петров, К.А Катичев и В.А. Гущин.

Под Шауляем встретил войну 10-й ИАП. В 4 часа 20 минут полк подняли по тревоге. Вспоминает В. Боровой: "Боевые действия, начались после 5 утра. В мою эскадрилью входило звено л-та В.Лободы. Это был мой второй боевой вылет между б и 7 часами. На высоте 2000 м я заметил группу вражеских самолетов. Звено В.Лободы атаковало истребители прикрытия, а мы ударили снизу, С первой атаки В. Лободасбил Bf-109, а моя ударная группа - два Ju-88 При повторной атаке мы сбили еще три Ju-88 Тут-то Василий Лобода. выручая товарища, таранил Bf-109 (по другим данным- израсходовав боезапас). Враг потерял 7 самолетов, а мы Василия Сергеевича Лободу.

Таким образом, за 22 июня в Прибалтийском округе только четыре вышеупомянутых полка сбили не менее 26 самолетов противника, причем для трех первых полков это не полный итог дня. А наша официальная статистика признает только 12 побед за пилотами всего округа. За разрешением данного противоречия обратимся к архивным документам. Оперативная сводка штаба Северо-Западного фронта на 22 часа 22 июня свидетельствует: "... Потери округа: 56 самолетов уничтожено, 32 повреждено на аэродромах. Сбито авиации противника 19 самолетов и 8 самолетов сбито ЗА. Эти цифры уточняются". Итак. по различным источникам количество побед летчиков округа оценивается в 12, 19 и 26.

Последняя цифра представляется наиболее вероятной, т.к. на фоне неразберихи того дня и частичной утраты связи возможно, что не все победы были зарегистрированы и уж тем более не все попали в отчет к 22 часам. Не случайно в донесении указано, что цифры уточняются. Данная формулировка вполне объяснима: многие пилоты вели бой в одиночку (как Путивко и Андрейченко), и не все бои шли на виду у наземных войск, не потерявших связи со своими штабами. Так. о последнем бое комэска Николая Бояршинова над Ионавой стало известно лишь после освобождения Прибалтики. Воевал он всего один день, но успел совершить шесть боевых вылетов и в шести воздушных боях уничтожил 4 самолета противника. Свой последний бой он принял над железнодорожной станцией Ионава 30-ю километрами северо-западнее Каунаса. Понятно, что эти победы в сводку попасть не могли, а посему даже сумма в 26 побед может оказаться заниженной.

Совсем по-иному разворачивались события к полосе Одесского военного округа. Враг атаковал 11 аэродромов; но почти везде получил решительный отпор и понес потери. Наибольшего успеха достиг 67-й ИАП майора Рудакова. Это был лучший истребительный полк округа в предвоенный период, и первые бои подтвердили его репутацию. В 4 утра полк подняли по тревоге. Вскоре в направлении аэродрома Болгарика появился разведчик. Л-т Ермак взлетел из перехват и двумя очередями сбил его. Некоторое время спустя над аэродромом появились 9 (по другим данным - 10) бомбардировщиков. Им навстречу поднялась группа л-та А.Мокляка на истребителях И-16. Ведомыми у него шли Ермак и Курочка. Перехватив бомбардировщики, группа рассеяла их. При этом ведущий сбил 1 самолет, хотя не исключено, что эта победа принадлежит всему звену. Еще 3 вражеских машины уничтожили другие пилоты.

Потерпев две неудачи подряд и убедившись, что Болгарика -крепкий орешек, немецкое командование предприняло массированный налет, в котором участвовало около 50 бомбардировщиков и 30 истребителей. Бомбардировщики шли волнами с интервалами в 2-3 минуты. Каждую девятку прикрывала шестерка Bf-109. В бой с ними вступил весь полк - пятьдесят И-16. Разделившись на группы, наши пилоты атаковали одновременно бомбардировщики и их прикрытие. Строй противника сразу же нарушился. Было сбито 5 бомбардировщиков и 2 истребителя. В этом бою блестяще показал себя Александр Мокляк. Метким огнем он сбил два Не-111 ( по другим данным - S.M.81 ), а третий таранил и при этом погиб. Все это происходило между 5 и 6 часами утра. Так на исходе второго часа войны А.Мокляк стал лидером среди советских пилотов по количеству побед. Всего задень 67-й ИАП уничтожил 16 самолетов противника ( есть упоминания о 13 и 14 победах) в 117 боевых вылетах, потеряв 1 или 2 своих самолета. Отличились летчики: Рагозин, Новицкий, Курочка, Ермак и другие.

Неудача постигла противника и во время налета на аэродром Гросулово. В 5 часов 10 минут три девятки Ju-88 под прикрытием девяти В1-109 пытались отбомбиться по стоянкам ОБ и Пе-2. Первая группа нападавших промахнулась, а второй помешал Афанасий Карманов. В районе Гросулово он оказался случайно, перегоняя МиГ-3 из полевого лагеря на основной аэродром в Кишиневе. КапитанаА.Карманова не смутило многократное превосходство врага. Он с ходу сбил один "юнкерс" и рассеял остальных. Однако на него тут же навалились все девять истребителей прикрытия. Остаться живым после такой схватки - большая удача. Уцелеть вместе с самолетом - мастерство. А.Карманов сумел и то и другое. Увертываясь от огня, он сам нападал и 5 пулеметов его МиГа оказались эффективнее 36 стволов противника Самолет А.Карманова напоминал решето, но сел на своем аэродроме, а вот один из "мессершмиттов" догорал в окрестностях Гросулово. В 4-м ИАП отличились и другие пилоты. А.И.Покрышкин пишет, что над Григориополем, Тирасполем и Кишиневом пилоты полка сбили около 20 вражеских самолетов.

55-й ИАП под командованием м-ра В.П.Иванова базировался в Бельцах. В апреле, как и на многих аэродромах на западной границе, там начали строить бетонную ВПП, и три эскадрильи полка перелетели в Маяки. Одним из опытных пилотов был ст. л-тА.И. Покрышкин. Война застала его звено на аэродроме в Григориополе. В Маяки он вернулся уже после первых налетов противника. Базировавшаяся в Бельцах 1-я эскадрилья к-на Ф.Атрашкевича оказалась неукомп-лектованной -кроме звена Покрышкина, отсутствовало звено Фигичева, несшее дозор у самой границы близ Унген. Туда же был вызван и Ф.Атрашкевич. В Кишиневе в штабе находился командир третьего звена К.Селиверстов. Оставшиеся 5 рядовых летчиков во главе с командиром звена Мироновым и адъютантом эскадрильи Овчинниковым сделали все, чтобы отразить налет большой группы бомбардировщиков под прикрытием "мессершмиттов" (более 20 Не-111 и 18 Bf-109). Но силы были неравны, и предотвратить налет не удалось. На аэродроме погибло 2 человека, сгорел склад ГСМ, повреждено три МиГа. В воздушном бою наши пилоты сбили 2 "хейнкеля" и один "мессершмитт" Чуть позже Миронов сбил и разведчик-корректировщик Hs-126, летчик А.Суров уничтожил Ju-88. Всего же к концу дня 55-й ИАП одержал 10 побед. Особо отличился Ф.Атрашкевич, сбивший "мессершмитт" командира группы - майора с Железным крестом. Лишь отсутствие точной информации о дислокации штаба 27-й истребительной эскадры (JG-27) не позволяет с полной уверенностью утверждать, что сбитый майор был командир JG-27 Вольфганг Шельманн - второй по результативности ас в "Легионе Кондор" в период гражданской войны в Испании. Он открыл длинный список потерь гитлеровских асов на Восточном фронте Как сказано выше, немецкий историк Гроеглер предполагает, что Шельманн был сбит на центральном секторе фронта - там по его утверждению действовала основная часть JG-27. Однако эскадра делилась на группы, рассредоточенные на большом удалении друг от друга и если учесть, что в тот день по немецким данным, кроме Шельманна, не был потерян ни один из старших офицеров истребительных соединений - можно предположить, что это все-таки он. Шельманна пленили советские пограничники, и вскоре в неразберихе отступления он был расстрелян. Особо можно отметить ю. что первая победа Ф.Атрашкевича была одержана над опытным асом с активом в 25 сбитых машин Полк потерял трех своих: над Бельцами были сбиты л-ты Овчинников и А.Суров, а выполняя вынужденную посадку после полной выработки топлива, погиб Миронов.

Вместе с упомянутым выше 4-м ИАП над Кишиневом сражались пилоты 69-го ИАП, где зам. комполка был один из известнейших советских асов в Испании Лев Шестаков. Полк входил в состав 21-й СмАДи базировался под Одессой. В первый день войны он потерь не понес, а майор Л. Шестаков и к-н Асташкин сбили 3 самолета: 2 Ju-88 были уничтожены над Кишиневом, a Do-215 Асташкин сбил на подступах к аэродрому, одержав свою вторую победу.

Моисей Степанович Токарев начал войну в 131-м ИАП. 22 июня. патрулируя во главе девятки И-16 под Тирасполем, он встретил группу из 20 Ju-88, прикрываемых 12 Bf-109. В воздушном бою наши истребители расстроили боевой порядок противника и подбили два бомбардировщика, а один был сбит старшим политруком М С Токаревым.

Общий итог дня на юге оказался плачевным для агрессора Уничтожив в воздухе и на земле 23 советских самолета, враг потерял , 40 своих , хотя эти цифры вряд ли точны: можно говорить о 50 сбитых вражеских машинах

Боевой счет летчиков Черноморского флота открыл мл. л-т М.С.Максимов. Рано утром 22 июня 96-я эскадрилья в составе 16 И-153 и И-16 под командой к-на А.И.Коробицына на подступах к Измаилу встретила 12 румынских бомбардировщиков. Наши летчики сбили 5 самолетов. Кроме М.С.Максимова, личные победы одержали ст.л-т А.П.Борисов, к-н А.И.Коробицын. Два самолета совместными усилиями сбили Б.В.Маслов и А.А.Малиновский.

Счет побед трудно "выудить" даже из наградных реляций. Ведь награждения производились, как правило, "за мужество и героизм, проявленные в боях", и количество сбитых машин врага при этом играло не главную роль. К примеру. А. Данилов получил орден Ленина за воздушный таран, а о четырех его победах долгое время вообще не упоминалось. Та же ситуация и с А. Мокляком. Наш "первый ас" И. Кожедуб удостоен звания Героя Советского Союза только после 32-й победы, тогда как "Героя" присваивали за 12 - 16 сбитых.

Особым явлением дня стали воздушные тараны. По последним данным 22 июня их совершили 15 летчиков, из которых имена 14 известны. В многочисленных публикациях о них встречаются порой и противоречивые сведения. Автор более склонен доверять публикациям профессора А.Д.Зайцева, долгое время собиравшего и систематизировавшего эти сведения. Единственное, с чем трудно согласиться, - с первенством тарана И.Иванова Он совершил свой подвиг в 4 часа 25 минут, а Дмитрий Кокорев в 4 часа 15 минут утра. Однако Д.Кокорев почему-то оказался вторым Это можно объяснить скорее всего идеологическими мотивами. Ведь Иван Иванович Иванов, кроме 100% русской фамилии, был еще и парторгом эскадрильи. Он же оказался и единственным среди 15 таранивших пилотов, удостоенным звания Героя Советского Союза.

Долгое время к числу пилотов, совершивших таран 22 июня, причислялся Н.П.Игнатьев - командир звена 728-го ИАП. В глаза сразу же бросается "большой" номер полка. Ведь сформированные в первые дни войны полки из летчиков-испытателей получили порядковые номера 401 и 402, а следовательно 728-й сформировали позже. Это подтверждает и сам Н.П.Игнатьев. Он таранил Ju-88 над Харьковом месяц спустя - 20 июля.

Даже по истечении 50 лет подлинные причины трагедии июня 1941 г. все еще остаются покрытыми мраком. До сих пор нет единого мнения о масштабах наших потерь. Читатель уже знаком с подсчетами В. бабкина и П.Кирсанова. Несмотря на то, что приведенное ими количество побед наших пилотов в воздухе не выдерживает критики - общие потери дня можно принять за основу.

Итак, ВВС Западного особого округа потеряли 738 самолетов, Киевского -301, Прибалтийского - 56 и Одесского - 47 ( по другим данным 23 или 30). Итого общие потери составляют 1142 самолета без учета 32, поврежденных на аэродромах в Прибалтике. По В.Бабкину потери наших ВВС составили 1160 самолетов (также встречается цифра в 1200 машин). Из них около 800 было уничтожено на земле, более 300 сбито в воздухе. Весьма любопытно сопоставить приведенные данные с цифрами, появлявшимися в западных публикациях, базирующихся на документах "люфтваффе". Они оценивают наши суммарные потери в 1489 самолетов, включая 322 сбитых в воздушных боях и зенитной артиллерией. Весьма примечательно, что потери в воздухе, заявленные обеими сторонами, практически совпадают. Количество наших машин, уничтоженных на земле, несколько отличается. Здесь, очевидно, правы обе стороны. Советская учитывает только уничтоженные боевые самолеты, исключая из их числа учебные машины, тогда как германская статистика зафиксировала как уничтоженные, так и поврежденные, включая учебные самолеты и макеты.

Но даже после столь больших потерь ВВС Красной Армии вовсе не утратили количественное превосходство над противником! Только в западных округах у нас все еще оставалось более 8000 самолетов против 4500 немецких и румынских. Преимущество весьма солидное Если сравнивать только истребители, то наш перевес еще более ощутим. Да, основная масса наших машин уступала по своим характеристикам самолетам противника - об этом много написано. Но как бы не критиковали наши "чайки" и "ишаки", именно на них были достигнуты рекорды результативности! Бесспорно, уступая противнику в скорости, наши "ветераны" имели и свои положительные качества. И-16 типов 17 и 27 по тому времени были вооружены что называется "до зубов', имея 2 пушки и 2 пулемета. "Чайки", вооруженные крупнокалиберными БС, так же были грозным соперником. Так что принижать значение наших устаревших на то время самолетов и не учитывать их при подсчете баланса сил -значит грешить перед истиной.

Причины нашего поражения вовсе не в малом количестве и плохом качестве техники, а в неумении ее использовать. При грамотной и эффективной постановке дела советские ВВС были вполне способны не только на равных противостоять агрессору, но и нанести ему сокрушительное поражение В воздушных боях 22 июня немецкие ВВС, несмотря на внезапность нападения, потеряли до 300 самолетов и еще около 50 были сбиты средствами наземной ПВО.  Так что потери противника в воздухе если и не превзошли наши, то были никак не ниже.

Основная причина наших поражений видится в тактическом и стратегическом неумении командиров уровня дивизии, корпуса и выше эффективно использовать наличные силы. Распределение авиации между армиями и округами, равномерное распыление частей вдоль границы лишило ее способности к маневру, а командование к -концентрации сил. В итоге, уступая количественно, "люфтваффе" завоевали превосходство в воздухе в полосе своих главных ударов. На более низком уровне отсутствие какой-либо продуманной тактики противодействия агрессору поставило наши истребители в крайне невыгодные рамки оборонительных боев, подчинив их воле противника. ВВС в целом превратились из самостоятельного рода войск в придаток пехоте. Эти глобальные промахи, которые не могли перекрыть ни мастерство опытных пилотов, ни массовый героизм остальных, и предопределили характер войны в воздухе на долгие месяцы, вплоть до Сталинграда и Кубани








Уголок неба. 2004  (Страница:     Дата модификации: )



 

  Реклама:



             Rambler's Top100 Rambler's Top100