главная люди и авиация асы второй мировой ссср
   Еременко Иван Трофимович
       
Годы жизни: 1910-1986

Иван Еременко родился в 1910 году в Екатеринбурге, в семье рабочего. В Советской Армии с 1927 года. Окончил Ленинградскую военно - теоретическую школу в 1928 году и Севастопольскую военную школу пилотов в 1929 году. Затем служил в Баку, где освоил новый истребитель И-4.

С мая 1937 по февраль 1938 года - участник национально - революционной войны в Испании, где принял командование 1-й истребительной эскадрильей, базировавшейся на аэродроме Лос Алказас и вооруженной бипланами И-15.

К середине октября на аэродроме Гарапинильос под Сиснеросом франкисты сосредоточили очень много авиационной техники (в том числе новые "Мессершмитгы"), а также огромное количество ГСМ и запасных частей. Если бы аэродром продолжал функционировать нормально, то это могло бы привести к провалу намечавшегося через полтора-два месяца наступления на Теруэль. Чтобы вывести авиабазу из строя, Птухин, Еременко, Агальцов и Лазарев спланировали операцию, которую, пожалуй, следует считать самой яркой страницей боевой деятельности Ивана Трофимовича в Испании. 15 октября он непосредственно руководил осуществлявшей удар авиагруппой, включавшей пять эскадрилий И-16 и И-15. Основную задачу выполняли возглавляемые Серовым и Гонсалесом Чендосвиндо две эскадрильи "чатос", самолеты которых несли по четыре 10-кг бомбы. Истребители сделали шесть заходов на цель, уничтожив и повредив более 70 самолетов. Была взорвана большая часть складов ГСМ и боеприпасов, сгорели многие другие объекты. Кроме того, после окончания штурмовки группа обнаружила и расстреляла вражескую автоколонну.

Сражение за Теруэль развернулось в середине декабря. Поначалу оно развивалось благоприятно для республиканцев. Задачей группы Еременко в те дни было сопровождение бомбардировщиков. 22 декабря во время очередного вылета капитан встретился с тремя Bf 109 и сбил один из них. Однако двое оставшихся серьезно сели на хвост. Пришлось изрядно повертеться, прежде чем на помощь подоспели Моркильяс и Короуз. 24 декабря Теруэль был взят. По решению военного министра республики Прието часть истребителей была отведена на аэродромы Центрального и Арагонского фронтов. Однако всего через пять дней Теруэль вновь захватили войска Франко, и вокруг него опять разгорелись жаркие бои как на земле, так и в воздухе.

Последний раз Иван Трофимович поднялся в испанское небо 17 января 1938 г. Вылет он выполнял в составе ставшей родной эскадрильи "чатос". Как ни печально, но это боевое задание не обошлось без потерь. Во время боя с группой "Мессершмиттов" и "Фиатов" были сбиты Степанов и Добиаш. Пока были патроны, эскадрилья с воздуха прикрывала выбросившихся с парашютами летчиков...

На родину Еременко отправился в конце января. За его плечами остались 348 боевых вылетов, многие десятки воздушных боев и 16 официальных побед.

Он был удостоен звезды Героя Советского Союза, стал кавалером двух орденов Красного Знамени. По возвращении в СССР карьера Еременко резко пошла вверх: он получил звание комбрига и был назначен командиром 95-й авиабригады, базировавшейся в Баку, а в июне уже стал командующим ВВС Московского военного округа. Совсем еще молодой боевой комбриг не лизал сапог начальству и не выступал ревностным сторонником "чисток". Напротив, он всегда старался защитить и своих подчиненных, и тех людей, в чью невиновность верил. Еременко не оставлял постоянной работы по совершенствованию и себя, и своих подчиненных как летчиков-истребителей. И поэтому часто на его голову обрушивались громы и молнии - ведь он поступал вопреки знаменитому рычаговскому "Не будем фигурять!". Один из таких "высочайших разносов" хочется привести целиком. Итак, приказ " 70 "О мерах по предотвращению аварийности в частях военно-воздушных сил РККА" от 4 июня 1939 г., пункт 5: "Однако недисциплинированность и распущенность настолько вкоренились среди летчиков, так велика эта болезнь, что, невзирая на частые и тяжкие катастрофы, результатом которых является гибель лучших наших людей, невзирая на это, всего лишь месяц примерно тому назад два Героя Советского Союза - командующий ВВС МВО комбриг Еременко и его заместитель - полковник Осипенко в неурочное время вздумали произвести "показательный" воздушный бой над люберецким аэродромом и произвели его на такой недопустимо малой высоте, позволили себе такое нарушение всех установленных правил и приказов, что только по счастливой случайности этот "показательный" бой закончился благополучно. Однако такие "показательные" полеты показывают лишь, что источником недисциплинированности, расхлябанности, воздушного лихачества и даже хулиганства являются не всегда худшие летчики и рядовые работники авиации. Вдохновителями и образцом недисциплинированности, как это видно из приведенных фактов, бывают и большие начальники, на обязанности которых лежит вся ответственность за воспитание летчиков и руководство их работой, которые сами обязаны быть и непременно образцом и примером для подчиненных. Подпись: Народный комиссар обороны СССР Маршал Советского Союза К. Ворошилов".

В декабре 1940 г. самый молодой генерал Герой Советского Союза был назначен заместителем командующего ВВС 1 -и Отдельной Краснознаменной армии Дальневосточного фронта. По воспоминаниям тогдашних его сослуживцев, в частности офицера штаба 1-й Отдельной Н. В. Величко, Еременко "спуску" подчиненным не давал, однако во внеслужебное время не дистанцировался от более молодых летчиков. Он был интереснейшим рассказчиком, мог найти точки соприкосновения с любым человеком, поддержать непринужденную беседу, щедро делился боевым опытом.

В марте 1941 г. Еременко стал командующим ВВС 25-й армии, также дислоцированной на Дальнем Востоке. Утром 22 июня в высоких московских кабинетах стали раздаваться его звонки с требованиями отправить на фронт. А отправлять не хотели - считалось, что от Японии можно ожидать любых "сюрпризов", а потому командующий ВВС армии, имевший боевой опыт, мог оказаться крайне необходимым на восточных рубежах страны. Однако Иван Трофимович продолжал настойчиво подавать один рапорт за другим и в конце июля добился своего, получив назначение на должность командующего ВВС 9-й армии, действовавшей на Южном фронте. В тяжелейшие первые месяцы войны Еременко, стремясь достигнуть максимальной эффективности вверенных ему сил, неоднократно выезжал на машине с радиостанцией на передний край. Весь остаток лета и почти всю осень он не только командовал своими подчиненными с земли, но и регулярно совершал боевые вылеты - кстати, в паре с другим "испанцем" Львом Шестаковым. Однако достоверных сведений о сбитых Еременко в то время самолетах противника нет.

В октябре на долю Ивана Трофимовича выпали тяжелые испытания, и связаны они были не только с боевыми действиями. Стоит подробнее описать эти события, в них - атмосфера дней 41-го года. 5 октября частям 9-й армии был отдан приказ отойти и занять новый рубеж обороны. В условиях "дырявого" фронта, при плохой связи Еременко посчитал, что, находясь в штабе армии, он не сможет полноценно обеспечить перегруппировку авиации и решил отправиться в войска. 6 октября командующий ВВС армии вместе со своим начштаба м-ром Гужовым вылетел на У-2 из Каларовки в 20-ю смешанную авиадивизию с целью, как он сам потом писал: "... интенсивной разведкой установить группировку противника, самому лично поставить задачу на штурмовые действия и, если возникнет необходимость, вывести части ВВС из-под удара". В штабе 20-й САД Еременко задержался до вечера: ожидал результатов штурмовок и ставил подчиненным задачи на следующий день. Уже в сумерках он в одиночку отправился в обратный полет, но с воздуха заметил на дороге штабную колонну и приземлился в поле рядом с шоссе. Тут же узнал - в Каларовку вошли немецкие танки, штаб армии уцелел, но "... разбежался кто куда". К тому времени совсем стемнело, взлетать стало слишком рискованно, а уходить с колонной и бросать самолет не хотелось. Еременко решил остаться, взяв себе в подмогу одного красноармейца, который должен был помочь запустить мотор У-2 в случае появления немцев. Ждать их долго не пришлось. Около 11 вечера в свете разгоравшихся неподалеку пожаров были замечены несколько вражеских легких танков и кавалерия. Выбора не оставалось, и при очень плохой видимости, уже под огнем Еременко взлетел.

Импровизированный экипаж направился на восток. Взошедшая луна и появившиеся в облачности просветы позволили благополучно посадить самолет на хлебное поле. Утром Еременко перегнал У-2 на аэродром Лебеди под Мариуполем, где базировался 131-й ИАП 20-й дивизии. Связавшись с Буденовкой, он выяснил, что там находятся штаб 20-й САД, а также 170-й и 55-й ИАП той же дивизии. Весь день 7 октября Еременко провел в Лебедях, выполняя свои непосредственные обязанности по управлению действиями авиации. К исходу дня, когда воздушная работа была закончена, он выехал в Мариуполь, где обосновался штаб 9-й армии. Однако буквально за полчаса до его прибытия штаб перебазировался в Чермалык. Иван Трофимович вернулся в Буденовку, чтобы утром вылететь в штаб армии. Но с самого утра этого сделать не удалось - ночью противник вышел к морю, перерезав многие коммуникации, что потребовало дополнительного уточнения наземной обстановки и соответствующей корректировки ранее поставленных летному составу боевых задач. В Чермалык удалось прибыть только днем. Но и там штаба армии уже не было - он переместился на ст. Караль. Добравшись туда, Еременко немало удивил командование, ведь его считали погибшим в Каларовке. Доложив о данных воздушной разведки и работе авиации, Еременко узнал неприятные новости. Наземная обстановка становилась для ВВС 9-й армии очень опасной: противник уже занял Мариуполь, отступление войск становилось все более дезорганизованным, и было неясно, остались ли силы для защиты аэродромов в Буденовке и Лебедях. Полкам 20-й САД был отдан приказ о перебазировании в Бешево. Однако связи у штаба армии с Буденовкой не было, и Еременко добился разрешения вылететь немедленно туда.

Прибыв на место, он принялся организовывать оборону авиабазы, а также вывоз скопившихся там техники, ГСМ и пр. А набралось немало: 60 т бензина, 10 т масла, 12 исправных авиамоторов, более 3 тысяч бомб разного калибра, огромное количество патронов для авиационных пулеметов, по одному "бесхозному" И-16, УТИ-4, УТ-1 и множество другого имущества. Из отходивших мимо аэроузла наземных частей Еременко стал "сколачивать" заслон. К полуночи, когда поток отступавших иссяк, набралось около 2 тысяч бойцов (в т. ч. из НКВД и милиции), 6 танков и 12 орудий. Однако моральный дух большинства бойцов оставлял желать лучшего. Попытки наладить разведку ничего не дали - группа, ушедшая в северном направлении, исчезла; ушедшая в южном - дошла до ближайшей деревни и вернулась "... в полном опьянении, доложив, что дальше не пошли, так как у них устали ноги". Пользуясь темнотой, "энквдешни-ки" и милиционеры втихую ушли в неизвестно куда. И не они одни - к утру в обороне оставался лишь батальон аэродромного обслуживания, около 300 бойцов, собранных из отступавших, и один танк. К счастью, противник подошел к Буденовке только около полудня 9 октября. К тому времени большая часть имущества и ГСМ были вывезены, а остальное - подожжено или взорвано. Уничтожили обороняющиеся и мост, по которому шла дорога к авиабазе. Остаток того дня Иван Трофимович провел, командуя... 218-й стрелковой дивизией.

Утром 10 октября Еременко прибыл к командующему ВВС Южного фронта генерал-майору Вершинину и доложил о состоянии частей, их дислокации и боевой работе. Получил приказ вылететь в Таганрог, откуда до конца дня руководил действиями 20-й и 73-й дивизий. Вскоре выяснилось, что соответствующие органы не представляют себе, где находился и чем занимался Еременко с 6 по 9 октября. Этим не преминули воспользоваться некоторые "доброжелатели", молодого генерала немедленно отстранили от должности, а от ареста его спасли только прошлые заслуги. Иван Трофимович попал под особый надзор, начались унизительные проверки. В рапорте, написанном в это время на имя Вершинина, он изложил свои действия в злосчастные четыре дня и в заключении указал: "Мою работу, а также пребывание в частях и непрерывное руководство ими может подтвердить множество людей, с которыми я работал и которыми руководил. На основании этого считаю предъявленное мне обвинение необоснованным, и прошу расследовать путем вызова людей и проверки моей работы... Прошу Вашего ходатайства приказ об отстранении меня с должности командующего ВВС 9 армии отменить".

Свидетелей действительно было много, и приказ отменили. Уже в ноябре Еременко стал командующим ВВС и членом Военного совета 18-й армии. После упразднения ВВС армий в апреле 1942 г. он был назначен командиром 237-й ИАД 5-й воздушной армии, которая сражалась на Северо-кавказском фронте. С августа командовал смешанной авиагруппой Новороссийского оборонительного района Приморской группы войск Закавказского фронта (сокращенно САГ НОР). Здесь во время мощного наступления немецких войск на Новороссийск и Северный Кавказ у его летчиков было много, очень много работы. Выдержки из сводок боевых действий свидетельствуют, что справились с ней и авиагруппа, и ее командир на "отлично": "... За период с 26.08 по 8.10.1942 САГ НОР произвела 3179 самолето-вылетов, из них 929 ночных, с общим налетом 2446 ч. 15 мин. ... В результате внезапных и зачастую смелых штурмовых и бомбардировочных налетов при максимальном напряжении всех сил и средств (до 6-7 вылетов в сутки), самоотверженности летного и технического состава уничтожено: 269 автомашин, 134 повозки с войсками и грузами, до 2000 солдат и офицеров, рассеяно до двух рот пехоты, 141 лошадь, 52 ЗПТ, 8 орудий ЗА, 8 орудий МЗА, одно орудие ПА, 4 мотоцикла, 2 цистерны, 2 прицепа, одна минометная батарея, 3 бронемашины, 3 танка, 4 понтона, 4 баржи, 7 катеров и одна лайба. Подавлен огонь одной полевой батареи, 6 батарей ЗА. Взорвано 2 склада боеприпасов и склад ГСМ. Погашено до 20 прожекторов ... В проведенных 56 воздушных боях сбито 8 Me-109 и Ме-110, 5 ФВ-189 и подбито 6 Ме-109, 5 Ме-110 и один ФВ-189...".

В ноябре Еременко стал командиром 2-го смешанного авиакорпуса (САК) 8-й воздушной армии. С 18 ноября по 2 декабря, во время прорыва вражеской обороны под Сталинградом, части 2-го САК действовали в интересах 3-го гвардейского мехкорпуса и произвели 857 самолето-вылетов, из них: на штурмовку - 225, на прикрытие - 405, на разведку - 227. В январе 1943 г. корпус Еременко "играл первую скрипку" в уничтожении аэродромов, с которых люфтваффе пытались снабжать окруженную в Сталинграде 6-ю армию. В течение 1943 г. 2-й САК перебрасывался на наиболее ответственные участки Сталинградского, Закавказского, Северо-кавказского, Степного фронтов. Корпус участвовал в освобождении Батайска, Ростова, других кубанских и причерноморских городов, причем действовал с неизменным успехом.

На столь победном фоне по меньшей мере странным выглядит назначение Еременко в конце 1943 г. на тыловую должность командующего ВВС воссозданного Киевского военного округа. Фактически на этом карьера боевого генерала для него закончилась. В Киеве он служил до 1946 г., пока не поступил в академию Генштаба. После ее окончания, с 1949 и до конца 1952 г. возглавлял ВВС Уральского военного округа. Затем занимал должности начальника управления боевой подготовки ВВС, помощника и заместителя по боевой подготовке командующего ВВС Дальневосточного округа. В 1956 г. Иван Трофимович был неожиданно уволен в запас. Официальной причиной стало массовое сокращение армии, однако в действительности этому поспособствовали его непростые отношения с вышестоящим командованием, ведь прогибаться перед начальством генерал никогда не любил.

Жить Еременко приехал в Киев. И здесь его деятельная натура сразу же начала искать возможности приложения сил. С 1957 г. он работал на общественных началах в различных организациях, в том числе ДОСААФ, уделяя много внимания общению с молодежью. В 1972 г. Еременко был избран членом бюро киевской группы ветеранов войны в Испании. Бездеятельно сидеть он не мог до самой смерти, последовавшей 1 декабря 1986 г.

Иван Трофимович Еременко принадлежал к тому поколению военных летчиков, которые первыми вступили в бой с фашизмом и победили его, которым пришлось на основе собственного опыта вырабатывать новые методы воздушного боя. Все меньше и меньше остается этих людей среди нас. Давайте помнить их. 



И-15 И.Т.Еременко, 1-я Эскадрилья республиканских ВВС, Июль 1937 г.





Уголок неба. 2004  (Страница:     Дата модификации: )


 

  Реклама:



             Rambler's Top100 Rambler's Top100